— Угу, — покивал Марк головой, припоминая что-то такое.

— Все, едем Озол сейчас в нашу столовую перекусим.

Марк было посмотрел на часы.

— Да не переживай дождется тебя товарищ Иванова. Успеешь. Ух, какая девушка, да? Только ты смотри Озол, не хулигань. Осторожнее.

— Да я ничего такого.

— Главное, чтобы все по согласию было. А так конечно, что тут такого? И говорить об этом тоже не принято. В общем едем в столовую. Я потом сразу в аэропорт. Командировка.

— В Москву? — спросил Марк для поддержания беседы.

— Нет в Горький.

— Горький? — эхом повторил Марк, понятия не имеющий где такой город. — Как писатель? — предположил он, совсем уж позабыв что он притворяется советским товарищем.

— Ну да, слушай, а тебе похоже некогда было учиться, да? Все тренировки и игры, то да се, совсем вижу плохо у тебя с образованием. Ладно, не беда, зато ты мудрый, да? Хе-хе. В Горьком видишь какое дело, — принялся Мурат рассказывать свои рабочие вопросы и идеи благодарному молчаливому и всегда кивающему слушателю.

Как понял Марк Ибрагимов ездил по крупным предприятиям страны и уговаривал тех, строить базы отдыха в Лисецке. Дело было непростым, руководители предприятий предпочитали проверенные временем побережья Черного моря. Сейчас же его самого вызвали Москвичи, но в Горький, что было нетипично, но могло быть хорошим знаком. Еще был какой-то колоссальный проект, который продвигал Мурат и кто-то еще.

— Мурат Довлетович, задерживается рейс. — сообщил подошедший помощник. — Что делать?

— А ничего Саламчик, мы хорошо сидим, разговоры разговариваем. Редко есть возможность посидеть поговорить.

— Может им, взамен, что-то предложить? — подумав предложил Марк.

— Горьковчанам? Да что им предложишь-то? У них все есть. Директора заводов они не хуже руководителя области могут жить, если предприятие такое ну как машиностроительный завод, к примеру, союзного уровня.

— Я не очень понимаю как это все тут… у нас в стране, работает. В чем-то они наверное заинтересованы все же?

— В чем-то да… В заказах на продукцию, прежде всего.

— Так и закажите.

— Не все так просто, да и что закажешь Горьковскому автозаводу, машины они нам и так делают…

— А кто делает яхты?

— Яхты?

— Яхты, лодки, катера…

— Понял-понял, тебя, Озол. Кстати, вероятно они и делают какую-то часть. Но их интересуют крупные заказы, это надо много, а куда нам столько девать потом?

— Это же очень интересный вид отдыха. Но я конечно не знаю сколько нужно в цифрах для города.

— Города, не простого, а города курорта. — задумчиво поправил Мурат. — Еще запчасти. Прокатные станции. Где-то я такое видел, но всегда была очередь. Надо справки навести, может это действительно станет уникальной чертой нашего курорта. И… Эх! Поздно ты подсказал. Элементарная вроде вещь почему сами не догадались. Проект уже отдали наверх…

— Проект?

— да по развитию города и… очень большой комплексный проект, там очень много накручено и взаимосвязано, главное поддержка есть там. — показал пальцем вверх Мурат. А планы у нас так просто не изменить. Хотя если опять же аргентинцев приплести… И дел невпроворот. Опять аргентинцы еще приезжают или уже, вон из-за них дорогу открыть новую не можем.

— Из-за аргентинцев? — уточнил Марк, думая, что он что-то не так понял.

— Да!

— Причем тут аргентинцы и дорога в России?

— Эх, тут долгая история. Самолет ладно все равно задерживается, хорошо, слушай. У нас видишь ли новый этап отношений. В Аргентине же капитализм, колония была испанская, стала американская. В плане влияния экономического, понимаешь? В семнадцатом с ними отношения разорвали, только после войны установили посольство там. А сейчас у нас совсем не то что раньше. От идей мировой революции мы перешли к идее существования двух систем и постепенной мирной победе нашей системы. Вот, и в Аргентине несмотря на капитализм созрел свой пласт буржуазии, свой в смысле аргентинский, не колониальный. И значит интересы колониалистов и аргентинской буржуазии пошли вразрез. Не хотят они более поставлять даром америкашкам продукцию и втридорога закупать у них технику. Тут-то на помощь и пришел Советский Союз. Мы им машины, станки чего там еще. А они нам свою сельхозпродукцию мясо и прочее. Понимаешь?

— Да. Но дорога то причем?

— Не спеши Озол, дойдем и до дороги. А у нас придумали новый метод дипломатии. Когда основная дипломатия буксует, когда на высшем уровне встреча пока преждевременна и опасна, для них прежде всего опасна. Ведь у нас тоже сначала была февральская буржуазная революция, а уж после Октябрьская социалистическая. Так что Аргентина идет нашим путем. И могут американцы очередной переворот устроить. Как в Чили, вот только что, это-то хоть слышал? Значит в дело идет дипломатия иного уровня, например, дипломатия городов. Честно скажу не я все это придумал и сам пока не очень понимаю, как это должно работать. Города побратимы, культурные-мультурные обмены, обучение их студентов у нас, экскурсии, в общем как-то должны мы им поставить прививку социализма. Что бы следующее поколение аргентинцев решило строить социализм.