— Где чашка? — вспомнила я, и подорвалась с кровати. Книга с громким стуком упал на пол, больно ударив меня по ноге, — аййй!!

В комнату влетели остальные короли и уставились на то, как я прыгаю на одной ноге, потирая вторую о голень.

— Артефакт, где он? — завывала я.

Мы начали искать чашку, облазили все комнаты, даже в ванну заглянули, — но чашки не было. Твою мать, потеряли артефакт Богов!!

— Нужно допросить герцога и Давирэлу, может они прихватили её с собой? — подал идею Маркус.

— Я согласна отменить её наказание, если она вернёт мою чашку, — пообещала Дэмиану, и мы вызвали Фарика.

Фарилиэль прибыл за считанные минуты и склонил голову перед Дэмианом. Эльф приказал доставить в допросную герцога и бывшую королеву, и сказал, что сам поговорит с ними. Фарик проводил нас в комнату, похожую на пыточную, меня аж передёрнуло. В комнате, по-эльфийской традиции грязной, мрачной и тёмной, одна стена была увешана полками с различными инструментами разной степени страшности, на другой висели цепи и плети. В центре помещения стоял стол и стулья, на третьей стене висело огромное зеркало, видимо, двусторонее — для наблюдателей за стеклом было помещение, откуда желающие присутствовать на допросе могли наблюдать, как пытают подопытных.

В комнату завели эльфов, герцог был в цепях, королева со свежей рабской меткой на шее. Их посадили напротив нас, Грэм отошёл к полкам и стал греметь инструментами. Он поочерёдно брал то один инструмент, рассматривал его и клал на место, то другой. Мне от его действий хотелось хохотать, я еле себя сдерживала, а вот герцог потерял цвет лица и стал белым, как мел. Эльфийка вздрагивала, когда Грэм особенно шумно возвращал на место очередную игрушку.

— Милый, прекрати, — попросила я, — поиграешь попозже, сначала поговорим.

Демон хмыкнул и, бросив осмотр, уселся возле меня. Наконец театр одного актёра был закончен, и мы переключились на наших злодеев.

— Касиэль, Давирэла, вы кое-что вынесли из покоев моей невесты, — спокойно начал Дэмиан, — предлагаю сделку: вы говорите, куда дели эту вещь, а я отменяю казнь.

Наконец я узнала, как зовут этого мерзкого герцога. Но мужчина на слова Дэмиана никак не отреагировал, он продолжал смотреть в одну точку куда-то за моей спиной.

— Не знаю о чём ты, — нервно ответила блондинка.

— О чашке, надколотой с одного края, — сложил руки в замок Дэм.

— Не видела, — передёрнула плечами женщина.

— Я уменьшу срок твоего рабства, — продолжал эльф. Мда, следователь из него так себе, Фарик справился бы лучше. Я промолчала, а рядом вздохнул Рэд, — видимо, тоже недовольный ведением допроса.

— Я же сказала — не знаю! — раздражаясь, вскричала Давирэла.

— Дэм, может мы её казним, а его в рабство? — предложила я, рассматривая свои ногти. Ужас, мой красивый перламутровый лак уже облез, а ногти отросли.

— Зачем? — удивился Дэмиан, а молчавший всё это время герцог встрепенулся и зло посмотрел на меня.

— Да, лучше пусть Грэм попытает её, ему понравились игрушки, — продолжала я, — а потом можно и казнить.

И откуда во мне живодёрство проснулось? Я ж жалостливая, наоборот, всю жизнь подбирала и лечила бездомных собак, кошек, Колю вот подобрала.

— Она ничего не знает! — прошипел Касиэль.

— Знает, не знает… Она виновата, и я хочу, чтобы её казнили! — капризно протянула я, надув губы для усиления эффекта. Вспомнила видео из Инстаграмма силиконовых куколок, которые учили, как выпросить очередную цацку у своих папиков, и попыталась состряпать такое же выражение лица.

— Не смей, человечка! — герцог попытался встать, но его с силой усадили обратно.

— Говори! — приказал Дэм.

— Я разбил её! — выплюнул гад, — она даже во сне вцепилась в эту страшную посуду и не хотела отпускать.

— Как разбил? — это же, блин, был артефакт Богов!

— Фарилиэль, — позвал Дэм следователя. И эту парочку увели обратно в темницы.

Мы вернулись к себе, я понуро шагала по коридору. Это что же получается, равновесия Ардо не видать? Всё кончено?

— Отменяй казнь! — разозлилась я, — пусть живёт в мире без равновесия с меткой раба, и страдает вдали от своей пары!

Вывели меня эти эльфы, зла на них не хватает! Ладно, похитили меня, но зачем разбивать артефакт?? А ещё я разозлилась на Богов — нашли, во что превращать такие важные творения! Нет бы сделать какой-нибудь металлический поднос, который не ломается и не гнётся. Как так можно вообще рисковать? Расстроенная сверх меры, ушла в спальню, громко хлопнув дверью. Моё пребывание здесь бессмысленно, я не выполнила нашу сделку с Богами, и, значит, никогда не вернусь домой… Не увижу детей…

Заперлась в ванной и, съехав по двери, уселась на тёплый пол. Что же делать то? Боги разозлятся, возможно накажут, но всё меркнет перед возможностью никогда не увидеть родных. Сжала кулон, подаренный сыном, и впервые горестно заплакала, осознав страшную реальность.