— И чего ты плачешь, дочка? — услышала голос старушки, и подняла голову. Мы сидели вдвоём в милой беседке, посреди красивой лесной полянки. Повертела головой — рядом на скамеечке сидела бабулечка, моя родненькая, с клюкой и в платочке.

— Как я здесь оказалась? — не поняла, сидела же только что в ванной.

— Ты спишь, Марго! Лучше расскажи, почему ты плакала? — улыбнулась мне Богиня.

— Я нашла артефакт, но эльф разбил его, и теперь я не увижу родных, — вывалила свои переживания на бабушку, и уселась рядом с ней.

— Артефакт вернулся на своё место; разбив его, эльф наоборот, помог тебе, — по-доброму ответила мне женщина.

— Правда? — воодушевилась я, — спасибо!!

Богиня усмехнулась и махнула на меня клюкой.

— Вы скажете мне, где остальные артефакты?

— Нет, это твой путь, — получила ответ, — ты должна пройти его сама.

— А к мужьям вернётесь? — прищурилась я.

— Посмотрим, — лукаво улыбнулась старушка.

Мы молча сидели в беседке, смотря на красивый багровый закат, каждый думал о чём-то своём. Мне не хотелось просыпаться; сидя рядом с ней, чувствовала себя самым счастливым человеком на всём белом свете. От старушки шла какая-то положительная энергетика, и я впитывала в себя эту доброту, заряжаясь позитивными мыслями и эмоциями.

— Послушай, Марго, — прервала наше молчание Богиня, — тебе нужно вернуться домой, иначе один из твоих мужей умрёт.

— Что? Кто? Куда домой? — в ужасе вскричала я, в голове калейдоскопом замелькали лица королей. Ответа так и не получила, резко открыла глаза и уставилась на белый потолок спальни.

— Ноа, Бальдор, есть кто дома?

Замок встретил меня тишиной и прохладой, мы приехали в Яковию в рекордно короткие сроки, оставив светлых королей у эльфов. Я впервые проехала на магикаре и, скажу вам, мне не понравилось. Мой родной маленький Кашкай ездит в сто раз плавнее этих адских повозок. Вывалившись из неё около замка, договорилась с желудком, что завтрак он всё-таки оставит на месте, и подошла к воротам. Забежала в большой тёмный холл и позвала мужчин, удивившись, что не слышно даже слуг. Затхлый запах закрытого дома ударил в нос, и Грэм первым делом отворил все окна на первом этаже, а входную дверь оставил открытой. Я помчалась на второй этаж и застыла в растерянности — честно говоря, была здесь так мало, что не запомнила расположение комнат.

— Ноа! — позвала светлого. Голос эхом прошёлся по тёмным коридорам. Чёрт, не нравится мне эта звенящая тишина.

— Где твои рабы? — проворчал Грэм, открывая одну за одной двери комнат.

— Бальдор их отпустил, — проронила я. — Но трое оставались работать после принятия магической клятвы как свободные люди. Я не понимаю, почему никого нет.

Мы заглянули во все комнаты, я даже нашла нашу спальню, но мужей не было.

Дойдя до конца коридора, я распахнула двустворчатые двери в библиотеку, и замерла: на маленьком диванчике лежал Бальдор, а над ним стоял Ноа и подпитывал его светом.

— Ноа, здравствуй! Что с Бальдором? — спросила я, тихонько заходя в библиотеку.

От моего голоса Ноа вздрогнул и развернулся, а Бальдор тяжело открыл глаза:

— Рита… — прошептал тёмный слабым голосом.

Я подбежала к нему и схватила за холодную руку. Что с тёмным блондином произошло за время моего отсутствия?

— Змей умирает, — ответил Ноа, усевшись прямо на пол.

— Бальдор, миленький, — я разгладила его мокрые, пшеничные волосы. Коснулась губами лба и ощутила жар, — сходите за тазиком с холодной водой и полотенцами, — попросила королей, — у Бальдора температура, надо сбить жар.

Закрыла глаза, положила руки на грудь еле живого мужа, и отпустила свой свет.

— Давай же, живи! — шептала Бальдору настойчиво, — ты столько всего пережил! У тебя впереди целая жизнь, счастливая и долгая, мы найдём тебе девушку, у меня есть на примете две кандидатки, я вас познакомлю, они такие же потерянные в этом мире…Вы будете счастливы вместе, ты, главное, живи…

Я посылала в него светлую магию, молясь Богине, чтобы всё сработало. Как и с Рэдвином, готова была отдать всю свою магию до последней капли… Мне не жалко, главное, чтобы мой тёмный муж выжил…

— Остановись, — попытался прервать Ноа, но я оттолкнула его.

— Дура, ты выгоришь! — он ударил меня по рукам, и крепко прижал к себе. — Всё, ты спасла его, он просто спит! — Ноа укачивал меня, успокаивая и гладя по спине. Я тихонечко всхлипывала и сжимала рубашку Ноа, переживая за Бальдора. Сама не заметила, что плачу, пока не прижалась мокрой щекой к груди мужа.

Шумно дышала в воротник рубашки и вдыхала запах дейва, его поглаживания успокаивали меня. Потихоньку затихла и впала в некую дрёму.

— Отпусти её! — услышала злой голос Грэма, и высунула красный нос, громко шмыгая.

Грэм поставил таз с водой, расплескав часть воды по полу, и выдернул меня из объятий Ноа.

— Ваше Величество! — наконец оглядел демона брюнет, переводя удивлённый взгляд с него на меня и Ориона.

Внезапно Ноа оттолкнул меня, его глаза сузились, он прорычал:

— Ты добилась своего! Нашла королей…Такая же, как и Марго, — он зло сплюнул мне под ноги, — умеешь отлично работать передком.

Стоило Ноа выплюнуть свои слова, как кулак моего фэйри рассёк воздух и ударил брюнета по скуле, задевая нос. Я услышала характерный хруст ломающейся кости. Дейв разозлился и трансформировался, становясь в два раза больше и шире себя, и в ответ мощным нокаутом послал Ориона в долгий полёт. Тут же, не отходят кассы, получил не менее мощный удар в солнечное сплетение от демона. Грэм с Ноа вылетели в коридор и продолжили драку, мутузя друг друга. Ноа был выше и шире Грэма, но демон не уступал в ловкости и изворотливости. Я подбежала к Ориону и помогла ему подняться. Ну нашёл на кого руки поднимать, дейв ж прибьёт фэйри, как муху, и не заметит.