— А ты?

— И я, — пожал плечами мой наставник. — Дело вот сделаю, и следом за вами двинусь. Пожара не будет, лес сырой.

— Знаю, что не будет, — Игнат бросил взгляд на избушку. — Я схожу, гляну?

Дядька медленно открыл правый глаз, внимательно посмотрел на нашего проводника.

— Не нужно.

— Господи, Федя, ты понимаешь, что это криминал?

— Игнат, ты мне доверяешь?

Пауза, повисшая после этого вопроса, была, на мой взгляд, почти оскорбительной. Я предположил, что сейчас Игнат скажет что-то резкое, но тот, вопреки ожиданиям, кивнул.

— Да. Тебе — доверяю.

— Ну тогда поверь на слово, друг, людей в этом доме нет. Ни живых, ни мёртвых. Следы кое-какие… это есть, врать не буду. Но никому эти следы уже не прочитать. Тут методы нужны, которых ваши господа полицейские, бывшие товарищи милиционеры, не знают и никогда знать не будут. Да и если бы кто попытался… не было здесь ничего, что попадало бы под уголовный кодекс.

— Тогда, — Игнат кивнул в сторону канистры, — зачем?

— Надо, — вздохнул дядька. — Надо, понимаешь? Прости меня, дружище, но не могу я больше сказать.

Он догнал нас на полпути к машине. Над лесом медленно поднималась в небо струйка дыма…

Я проснулся от холода. Всё-таки мы, дети каменных джунглей, в большинстве своём не слишком приспособлены к жизни на природе. То есть, встречаются отдельные индивидуумы, которым лес — что дом родной. Но я к ним не отношусь. И вообще, я был уверен, что если днём здесь жарко, то и ночью будет, как минимум, тепло. Увы. Отсутствие тёплого и уютного спального мешка сделало ночь не самым приятным времяпрепровождением. Кроме того, воспоминания, несмотря на мои надежды, заняли изрядную часть времени, отведённого на сон.

Дядька исчез где-то недели через две после нашего возвращения. Самое забавное, что только сейчас, вновь прокрутив в памяти те события, я решил, что между нашей поездкой в Магадан и последующей пропажей дяди Фёдора есть несомненная связь.

Итак, исходные данные. Существо, которое наставник назвал гарпией, прожившее пять тысяч лет, было убито в магаданской тайге. Всё это пахнет сказкой, но, если посудить, я сейчас и вовсе нахожусь в другом мире, где по лесам бродят эльфы, в горах сидят гномы и орки, где не забыта магия… Так что сказка — вещь вполне реальная и, местами, обыденная. На этом фоне гарпия — это не самое странное. Некто нанял дядю Фёдора, чтобы найти это существо, правда, так и неясно, с какой целью. Отпустить на свободу… если судить по реакции моего наставника, жизнь гарпии для него значила много, но могу ли я поручиться, что его реакция связана именно с гибелью этого существа, а не с невозможностью исполнить взятые на себя обязательства? Да я, если откровенно, вообще не могу ни в чём быть на сто процентов уверен, если это касается дел моего родственника. Между прочим, кто был нанимателем, я так и не узнал. И вообще, у меня есть стойкое ощущение, что заказчик — исключительно плод дядькиной фантазии.

Важнее другое. Мы стали свидетелями убийства. Плевать, что гарпия не человек — она разумна и, следовательно, это убийство. Бросит ли дядька это дело, доложив работодателю о печальном итоге? А если не бросит… Тот, кто убил гарпию, вполне может решить, что дядька слишком много знает.

Нет, размышлять об этом бессмысленно, я слишком мало знаю. Чувствую, что связь тут есть, но доказательств никаких… и ниточек никаких. Я спрашивал у Кэсси, куда мог отправиться мой наставник, но вразумительного ответа не добился. Более того, у меня появилось чувство, что наша провидица не слишком-то обеспокоена судьбой старого приятеля. Уж в чём в чём, а в равнодушии Кассандру обвинить нельзя, любые проблемы, касающиеся, в том числе, и едва знакомых ей людей, она неизменно воспринимает близко к сердцу. Как пить дать, она точно знает, что особых проблем у дядьки нет!

Либо, в кои-то веки, весьма успешно скрывает свои чувства.

Чёрт, что-то я совсем запутался… Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения, это раз. И два — надо вставать, иначе я здесь вконец окоченею. Дорога впереди долгая…

Если там, дома, монолит выглядел пусть и не величественно, но достаточно солидно, то здесь, в слое Земли, точка перехода представляла собой замшелый валун, выступающий из перевитой древесными корнями земли едва сантиметров на тридцать. Зато здесь не было болота. Сосновый лес, чистый — несмотря на близость немыслимо огромного по меркам Суонна города — воздух. Правда, лес был, с точки зрения Руфуса, изрядно загажен. Такое впечатление, что люди приходили сюда исключительно с целью избавиться от всякого хлама.

Ник затравленно оглядывался по сторонам. За всю свою недолгую жизнь юный дер Торрин совершил путешествие всего лишь один раз — из Сириборга в Сольфелл. Да и то, если откровенно, исключительно по воле родителей. И вот теперь… один шаг — и он в совершенно другом мире. По уверению наставника, мир этот не то чтобы опасный, но и расслабляться здесь не стоит. На Земле не встретишь ламию или оборотня, во всяком случае, ни о чем подобном Тео не рассказывал, хотя и признавал, что в легендах о подобных и иных, не менее опасных созданиях, упоминалось. Зато здесь можно было столкнуться с другими проблемами, не связанными с магией, но от этого ничуть не менее сложными.

Сейчас Николаус, только что получивший первый реальный опыт общения с ламией, оставался на взводе и в любой момент ждал нападения. Руфус, глядя на подопечного, лишь усмехнулся — пройдёт немало лет, пока этот юноша научится даже вполне серьёзные неприятности встречать с философским спокойствием.

— Пойдём, друг мой. И оглядись хорошенько по сторонам, ты обязательно должен запомнить дорогу. Мало ли, вдруг тебе придётся одному возвращаться.

Он подобрал несколько валяющихся неподалёку ярких предметов из мягкого, сминающегося под пальцами металла, и сложил кучкой на плоской поверхности камня. Затем пару раз с размаху рубанул мечом, в настоящее время снова упрятанному под иллюзию трости, по стволу ближайшего дерева. «Трость» оставила три глубокие параллельные зарубки.