К счастью, Никий перестал меня слушать.

Мы опять шли по лабиринту коридоров. То есть, шел Никий, а я позволяла себя нести. Даже объяснила, что это особая привилегия и кому попало меня таскать не позволяется. Так что пусть гордится предоставленной ему честью и рук не распускает. Не то что бы он пытался, но кто знает местные законы?

— Док?

Меня опустили на твердую поверхность. Я с трудом продрала глаза. Надо мной склонился незнакомый мужик в защитной маске врача.

— Сонар передал сообщение, — пробубнило новое лицо. — Какие симптомы?

Я ойкнула.

Док вогнал мне иглу под кожу. По вене побежал холодок.

— Стандартные, — ответил Никий.

Мне его слов оказалось недостаточно. Я добавила:

— Аллергия на гроф. И на укусы зомби. У вас тут есть зомби? Мертвые поднимаются, чтобы сожрать плоть живых? Или это киберпанк? Я не разбираюсь в тонкостях. Только не превращайте меня в машину. Я буду глючить. Надо установить антивирус.

— И бредовое состояние рассудка, — заключил доктор, откладывая шприц.

— Последнее — не обязательно следствие перехода.

— Технофэнтези! — вспомнила я. — С элементами психологического триллера и картонного злодея. Тинхе — картон картоном. Да что там, дерево сплошное. Баобаб.

Док посмотрел на меня сквозь толстые линзы очков и сделал пометку в записях.

— Поспите, — посоветовал он.

Я послушно прикрыла глаза.

Усталость дня укутала меня, будто мягкое пуховое одеяло. Я позволила себе раствориться в минутной нежности незнакомого лекарства. Теплые объятья сна уносили меня вглубь к разноцветным картинкам из грез. Туда, где среди яркой зелени и бессолнечного неба темнела черная фигура Врага.

Минутку.

— Тинхе?

Я находилась в том стандартном состоянии, что пребывала во время тренировок Клода: лежала на пластиковой траве Центра, убеждая прибежище в том, что я часть ландшафта и формулировала отговорки для злобного божества. Когда на поле замаячила фигура в черном, фразы оправданий почти сформировались. Однако они не понадобились. Отчитывать меня за ужасное поведение Избранной пришел вовсе не металло-бог.

— Тинхе?

Я приподнялась на локтях, чтобы убедиться в своей правоте.

В каждом движении Тинхе сквозили отчетливые штампы классического мужчины-мечты из женских фантазий. Окутанный легким флером плейбоя из рекламы пены для бритья, он плавно приближался к моему укрытию. Черные штаны-алладины и рубашка выделялись инородностью на фоне красочной природы.

— Это сон, — вынесла я вердикт. И почти с сожалением признала: — Не провидческий и даже не эротический.

Враг всех Избранных, и, очевидно, отбеливающих порошков, молчаливо замер надо мной.

Играла бы на его губах соблазнительная улыбка, а вырез рубашки спускался чуть ниже, я бы позволила себе обмануться. А так, до меня дошло слишком быстро. Сама от себя не ожидала.

— Ты настоящий и ты в моем сне. — Констатировала я. — Что за вторжение?

Враг тряхнул головой, отгоняя неестественное свечение вокруг себя.

— Магия сновидений. Иначе было не пробиться.

— Вторжение в сон? — возмутилась я. — Боже, это такое клише!

— Согласен. — Засунув руки в карманы, мужчина подозрительно глянул поверх меня. Я напряглась. Пусть сон, но наличие Врага в оплоте сопротивления Золотой оси порядком нервировало. — Не самая любимая уловка из моего арсенала. Слишком грубый подход. Но очень действенный.

— Для чего? — наивно удивилась я. Как сон может быть уловкой?

— Для создания ложных чувств. — Край черного рукава-волана коснулся моих колен, когда мужчина наклонился. — Во сне мы позволяем себе чуточку больше, чем в реальности.

У меня дернулся глаз, а смущение обожгло щеки. Те, против кого Враг мог использовать сновидения в таком ключе — мои соотечественницы. Судя по рассказу Алисы, соблазнения Избранных на темную сторону начинались вовсе не с пыток. Ими они заканчивались.

Я оттопырила большой палец, признавая поражение.

— Подловил.

Мужчина выпрямился.

— Что я сейчас наблюдаю? — кивнул он за мою спину.

Я приподнялась на колени.

За поляной, во внезапно выросшем лесу, строем бежали полупрозрачные фигуры. Лязг металла сопровождал нестройный топот ста сорока семи пар ног.

— Избранные бегут кросс. — Пояснила, но тут же словила удивленный взгляд: —Что? Да, я не с ними. Я прячусь. Откуда столько осуждения? Ты как будто физкультуру никогда не прогуливал.