— Хороший вопрос, — сказал он. — Но на этот случай мы припасли еще один замечательный сюрприз.

— Опять? — скривился Гюнтер. — Может, хватит уже сюрпризов? Что за день сегодня такой!

Каттнер откинулся на спинку кресла и посмотрел на Гюнтера с прекрасно различимым оттенком превосходства.

— Как только мы закончим работу, — пояснил он, — «Ирида» стартует с поверхности Марса. Без нас, в автоматическом режиме. И на полной скорости направится… хм… куда ты направила ее, Жаклин?

— К Земле.

— Вот видишь? — сказал Каттнер. — К Земле. А безопасники, несомненно, рванут вслед за ней… Поэтому я и говорю, что сделать все нужно настолько быстро, чтобы никто даже не понял, что «Ирида» вообще совершала посадку.

— Ну, вы даете, капитан… И как такое приходит вам в голову… Я и не думал, что «Ирида» способна летать в автоматическом режиме.

— Раньше не могла, а теперь может. Жаклин написала соответствующую программу.

— Ах, Жаклин… — с сомнением в голосе произнес Гюнтер. — Наш нетрезвый гений… Тогда конечно. На такое способен только полный псих…

— Ты опять? — нахмурился Каттнер.

— Капитан, — сказала Жаклин, не обращая внимания на реплику «коллеги». — Лабиринт Ночи. Мы прибыли.

Каменистая равнина на экране переднего обзора незаметно сменилась глубоким извилистым ущельем с отвесными стенами из острого темного камня. Корабль практически полностью погасил горизонтальную скорость и теперь медленно втягивался в узкий и до крайности опасный проход. Гравитационные поля надежно предохраняли его как от падения, так и от ударов о скалы.

Жаклин вела «Ириду», стиснув зубы от напряжения. Даже Гюнтер притих, резонно рассудив, что мешать ей сейчас явно не следует.

Наконец, черные стены разошлись в стороны, и взгляду предстала обширная, практически круглая, площадка, сплошь засыпанная мелким красновато-коричневым песком.

— Здесь! — сказал Каттнер, сверившись с картой.

Жаклин слегка развернула корабль, а затем медленно и осторожно повела его на посадку.

И в тот самый момент, когда опоры уже готовы были зарыться в сыпучий марсианский песок, пульт неожиданно озарился тревожными аварийными огнями.

— Долго еще? — осведомилась Катерина, с тревогой наблюдая за действиями Рона, уцепившегося когтями за невидимый снизу выступ где-то под самым потолком. Огромные полураспахнутые кожистые крылья практически полностью загораживали обзор, не давая никакой возможности оценить, насколько работа близка к завершению.

— Сейчас… разберусь с последней камерой… Заела. А может, просто взять и снести ее к чертовой матери? Ага… кажется, пошла… испугалась, наверное. Ну, еще чуть-чуть. Вот так…

Рон отцепился от стены и спланировал на пол.

— Готово, — объявил он, складывая крылья за спиной. — Теперь они увидят только стены.

И для них это благо, подумал он. Представляю, что началось бы в рубке, если бы они имели возможность полюбоваться на наше с Кэт новое обличье. Каково это — неожиданно обнаружить на безобидной картинке из грузового отсека парочку хвостатых и до невозможности зубастых тварей, словно извергнутых самой преисподней? С гладкой блестящей черной кожей. Хм… хотел бы я на это посмотреть. Нисколько не сомневаюсь в том, что парочка крылатых демонов на борту вполне способна довести до сердечного приступа самого тренированного сотрудника космофлота. Не говоря уж о Гюнтере.

Правда, следует отметить, что я ползал по потолку и разворачивал камеры слежения объективами в стены вовсе не ради спокойствия Каттнера и его команды. Просто ни к чему им видеть то, что начнет происходить здесь в тот самый миг, когда «Ирида», наконец, прибудет в пункт своего назначения.

— Камеры — это хорошо, — сказала Катерина, нервно постукивая длинным шипастым хвостом по металлическому полу. — А как насчет остального?

— В лучшем виде, — отрапортовал Рон. — Сломал все, что только можно было сломать. Так что сигнал от датчиков они получат, но не более того.

— Ты уверен?

Рон хмыкнул. Мол, как можно высказывать даже тень сомнения в способностях к разрушительной деятельности у того, кто знаком с устройством корабля не хуже самих господ конструкторов.

— Осталось сломать дистанционное управление переборкой, — сказал он. — Но это совсем просто.

— Ну, так ломай быстрее, — раздраженно произнесла Катерина. — Веселье может начаться в любой момент.

— Да не переживай ты так, — успокоил ее Рон. — Время у нас еще есть. Чувствуешь? Корабль маневрирует… А это означает, что в назначенную точку он пока еще не прибыл.