Н-да… Ледяные львы. Точно такие же, как она сама.

Надо признать, Рон придумал весьма удачное название для существующего лишь в воображении Катерины фантастического зверя. Однако, этим он и ограничился, не став вникать в причины, побудившие ее вырубить из камня столь впечатляющее, по его словам, произведение искусства. Скорее всего, он решил, что таким нетривиальным способом она просто-напросто пытается реализовать свой творческий потенциал. Либо разогнать скуку от вынужденного ничегонеделания, потому что, вопреки ожиданиям, пребывающим в анабиозе аборигенам требовался всего лишь самый минимальный уход.

Изредка то один лорн, то другой вдруг пробуждались к активности, внезапно поднимались со своего ложа и начинали бесцельно бродить по убежищу, всматриваясь в темноту ничего не выражающими незрячими глазами и то и дело натыкаясь на стены и своих спящих собратьев. Оскальзываясь на предательски подворачивающихся под ноги камнях и падая… И тогда их нужно было успокоить, вернуть на место и проследить, чтобы они снова мирно заснули, не успев причинить никакого вреда окружающим, а прежде всего — самим себе. Фактически это было все, что требовалось от оберегающих их сон и покой метаморфов.

Не слишком-то разнообразная жизнь… Далеко не. А если вспомнить, что впереди им светит как минимум пара столетий темноты и одиночества глубокой пещеры, можно завыть от безысходности. Как-то совсем не так представлялось добровольным стражам жертвенное служение спящим в анабиозе хозяевам планеты еще несколько лет назад, когда за их спинами впервые захлопнулись двери подземного убежища. А теперь… воистину, впору сойти с ума. И ничего удивительного в том, что желание выбраться из мрачного склепа очень быстро стало чуть ли не навязчивой идеей. Рон и Джошуа все чаще и чаще погружались в угрюмое молчание, и Кате удавалось расшевелить их все с большим и большим трудом. Поиск способов выбраться на простор и при этом уцелеть, не замерзнув и не задохнувшись, очень быстро перерос из чисто технической проблемы в проблему выживания. Просто Рон и Джошуа до сих пор так и не сумели ничего придумать. А вот она, похоже, догадалась, и рукотворный ледяной лев — не что иное как ключ к абсолютной свободе.

В отличие от Рона Джошуа, похоже, понял все сразу. Он медленно обошел изваяние по кругу, потрогал широкие лапы, провел рукой по каменной гриве, а затем с сомнением в голосе спросил, глядя Катерине прямо в глаза:

— А дальше что?

Катерина прекрасно понимала его скептицизм. Еще недавно она сама думала точно так же.

Метаморфы способны приобретать любую форму, с которой так или иначе когда-либо соприкоснулись. Будь то живое существо или неодушевленный предмет. Но для этого указанный образец обязательно должен существовать где-то в пределах досягаемости. Это, как говорится, аксиома их нынешнего образа жизни. А вот как быть, если условия требуют использования формы, созданием которой природа так никогда и не озаботилась? И возможно ли подобное преобразование в принципе? Катерина этого не знала, однако всерьез намеревалась попробовать. А в качестве модели для воспроизведения формы использовать вот эту самую скульптуру.

Она заранее продумала весь набор свойств, которыми должен обладать созданный с нуля организм, необходимый для осуществления поставленной цели: устойчивость к условиям глубокого вакуума, жесткой космической радиации и предельно низким температурам на поверхности планеты. Это, так сказать, самый минимум, основная программа, которой следует неукоснительно придерживаться. Ну и возможность общения посредством радиосвязи в качестве опции, для чего и предусмотрены смешные рожки на месте ушей, поскольку в условиях вакуума любые акустические приспособления становятся попросту бесполезными.

Рон так и не понял ничего до того самого момента, когда она начала превращение. Хм… пытался что-то крикнуть, предостеречь, но опоздал. Катерине просто невероятно повезло, что все окончилось благополучно, именно так, как и было задумано. Н-да… Помнится, Рон тогда не разговаривал с ней почти целую неделю. Пока не осознал, наконец, что Катерина не стала предупреждать его именно потому, что он никогда бы ей не позволил… Зато теперь в их арсенале появилась новая форма, весьма неплохо приспособленная для существования в самых экстремальных условиях. Ну а Рону и Джошуа освоить ее оказалось довольно просто, поскольку исходным образцом для метаморфозы послужила сама Катерина.

В последующие дни они много и упорно тренировались, пока новый облик не стал таким же привычным, как и базовая форма крылатого демона, заложенная в программу преобразований изначально. Все трое понимали, что только в случае успеха они смогут, наконец, покинуть мрачное подземелье и стать воистину свободными. Ну, а цель путешествия — город, даже не обсуждалась, до такой степени выглядела очевидной. Верхом глупости было бы не воспользоваться брошеными в спешке богатствами земной цивилизации.

Однако, прежде чем отправиться в путь, предстояло решить еще одну немаловажную проблему.

Спящие лорны. Мысль о том, что можно попросту предоставить их самим себе, никому даже в голову не приходила.

Строго говоря, в убежище под Кошачьей горой Катерина с товарищами были не совсем одиноки. Трое лорнов-метаморфов несли бессрочную вахту бок о бок с землянами, хотя по неведомой никому причине старательно избегали любых контактов. Просто молча уходили в глубь пещеры, едва рядом появлялась Катерина, не говоря уж о Роне или Джошуа. Подобное поведение ее весьма задевало, тем более что в общении с обычными лорнами никаких проблем никогда не возникало. Джошуа считал это следствием пренебрежительного высокомерия, с которым каста лорнов-метаморфов взирала на всех прочих смертных, и был, скорее всего, недалек от истины. Во всяком случае, Катерина все больше и больше склонялась к его точке зрения. Любые попытки наладить диалог неизменно разбивались о глухую стену молчания.