В общем, ощущение взбиваемого коктейля были чертовски неприятны, но охерительно оправданны. Так что я бултыхался и терпел.

Через три минуты этого пиздеца Серп зашёл в заднюю полусферу к пирату. Замер на несколько секунд и совершил рывок, который бы меня гарантированно прибил, невзирая на гравикомпенсатор. Но улучшенное всяческим колдунством тело просто отозвалось Болью, с большой буквы, не сломавшись. А обливающийся потом я в ложементе вместе с крабом летел по инерции в сторону неработающих дюз.

Серп же сделал совершенно невозможную для живого пилота эволюцию, погасив скорость и замерев, стал дрейфовать, ожидая меня.

И вот, через минуту, Краб начал кувыркаться по поверхности дюзы, гася скорость. Обогащая меня новыми перепадами гравитации, ну и добавляя пламенной любви к пиратской сволочи.

Наконец, долбление о стенки дюзы прекратились, а с кряхтеньем (ну как-то кряхтелось, с чего-то, блин) поднявший Краба на магнитных зацепах я оценил, куда меня занесло.

— А неплохо, — оценил я вслух. — Так, это топливопровод я толком не достану… но он мне и не нужен! — на этом я оскалился в крабской улыбке.

Дело в том, что меня зашвырнуло фактически к заслонкам выпуска плазмы в ускорители. А мина… Какая, нахрен, мина технику-колдунцу восьмидесятого уровня, хехе. Сам справлюсь, а тут даже удачнее, чем предполагал.

Прижал ложемент к заслонке и принялся колдунствовать — ну, недаром я столько всякого барахла сотворил. Правда была тонкость — для правильной диверсии надо было чтобы все механизмы движка работали штатно. А моё ма-а-аленькое техническое улучшение до врубания полного хода не фиксировалось.

И укреплял я металл, чаровал против уроны, даже на катушках электромагнитных, до которых достал, проводимость улучшил.

После чего не удержался, ударил клешнёй по сгибу второй, немного поликовав. И врубил прыжковый движок, разгоняясь.

Стараясь набрать максимальную скорость, потому как внутри дюзы ни один псих радаров не поставит, а дальше можно и по инерции.

Через минуту свободного полёта Краба захлестнул нитевидный рак, становясь менее нитевидным и притягивая Дос к пилону.

— Связь.

— Слушаюсь, главнокомандующий Краб.

— Это я Рори, Краб, — оттранслировал я, а произнёс рак в рубке.

— Краб, до зоны поражения меньше минуты!!! Нас собьют…

— Молчать! Двигатели на реверс, срочно! Меняй траекторию!

— Но мы потеряем скорость…

— Это приказ!

— Слушаюсь, — послышалось в ответ.

Вот и умница, девочка, подумал я. А то уже думал приказ рачью давать, брать Быстрый под контроль. Несложно, но с Рори после этого бы Клешня рассталась, факт. А возможно и с Мышом — уже не по своей воле. Но… в общем, не случилось — и славно.

— Второй Серп? — уточнил я в ожидании.

— Повреждения не более тридцати процентов летательного аппарата, главнокомандующий Краб! Целостность платформы Рака Донного — сто процентов.

— Зашибись, — бросил я, и уже нервничая поинтересовался вслух у пирата. — Ну что же ты, скотина? Добыча же уходит.

Не по радио, конечно. И, как бы в ответ на мои слова, дюзы корабля начали наливатся огнём, кроме одной. Это одна чернела-чернела и вдруг развернулась раскрывшимся металлическим цветком, с бутоном голубоватого пламенем, перевитым чёрными разрядами электричества.

— Красиво вышло, спасибо поляризации. На Быстрый.

— Слушаюсь, командующий Краб.

По дороге на Быстрый, я прикидывал, что сотворил. Вариантов, на самом деле, было море. Но моей задачей было вывести из строя двигательную систему, что с успехом получилось. Плазма накопилась в камере дюзы, потому что переборку я поставил до датчиков, то есть для техников она просто пропадала. Притом, остальные дюзы шарашили и общее давление двигательной системы не слишком повышалось. То есть, техники гарантированно почувствовали неладное, но вырубать движки под брызги слюны своего идиота-капитана… В общем, логично решили забить.

А перегородка, наращенная моим колдунством, не вечная, в общем накопленная плазма хлынула в дюзу, сенсоры зафиксировали поток плазмы, распахнули заслонку. И врубили магнитные катушки. Улучшенные, хе-хе и немножечко неотцентрованые. В общем, вместо скромного факела, в дюзе оказалась клуб в тонну, не менее, плазмы. А импульс от улучшенных катушек указал ему, куда воевать.

Итог я наблюдал — одной дюзе однозначный и безоговорочный северный пушной зверёк, остальные чинить недели, которых пирату никто не даст.