Было бы слишком легко сказать, что мастер просто магически сильнее и начитаннее. Так-то оно так, но кто тогда грандмастер? Думаю, если учитывать систему кандидатов и докторов наук — тот, кто может создавать принципиально новые ритуалы. Которые хотя могут опираться на наработки предыдущих поколений, но будут представлять собственное направление, вроде направлений философии.

Я вот прекрасно понимал, что, не став настолько подкованным в Тёмных Искусствах, я бы не смог сделать кошельки, защитить себя во время Инициации, сделать рюкзак и вообще печать бы мне не поддалась, ибо она была эссенцией даже чёрной магии. Тёмная-то от обычной отличалась использованием агрессивной энергией, тогда как чёрная… использование трупов, частей тела, живых людей…

Хотя, формулировка Министерства краше о Тёмных искусствах: “Это заклинания и магические практики, задуманные как способные причинить ощутимый вред другим людям”.

Ну да, ну да… меня с моими трансфигурационными доспехами, небось, с такой формулировкой можно отравить на десять пожизненных в Азкабан. Хотя мне первое время в Хогвартсе аж было плохо от того, что люди могут всерьёз так ограниченно думать, я вспомнил канон — да, могут. Что, конечно, в этом мире не мешает на службе держать любого тёмного волшебника, пока он скован с ног до головы магическими клятвами и пока его умения можно пустить во благо. Благо, сейчас хоть до этого могут додуматься…

Вспомнив о Амбридж, я аж передёрнулся. Скоро все дисциплины в Хогвартсе станут как текущая Защита от тёмных искусств. Даже практики не будет, лишь суровый уголовный кодекс и восхваления Министерству. Нужно будет до этого времени стать настолько сильным, чтобы даже отдельные государства не смогли меня задавить совокупной мощью всех магов и прочего…

Примерно такими мыслями и терзаемый я завершил свой уже второй курс в стенах Дурмстранга. Я уже добился здесь всего, чего хотел. Хотя я ещё могу от сюда что-то выжать, но… пожалуй, приду сюда в следующий раз спустя долгое время.

Уже будучи готовым к Тёмному оврагу, я успешно дошёл до предыдущей точки ощущая себя хотя и тяжело, но понимая — я могу сделать ещё пяток шагов. Сделав три шага, я остановился. Хотя стало почти невыносимо, но я решил не открывать свой полный потенциал — и так засветился везде, где только можно.

Не обращая внимания на ехидные ремарки Шторма о том, что дескать я показал себя лучшим образом, как от меня и ожидалось, я пошёл собираться.

— Слуга, ты подготовил всё, о чём я просила? — И, хотя надменное выражение лица с ледяным голосом Розы могли обмануть кого угодно, но я прекрасно знал, как громко она может кричать, если вы понимаете, о чём я…

— Да, госпожа. — Я же вёл себя просто максимально отрешённо, из-за чего многие думали, что я нахожусь толи под сотнями клятв, толи под чем-то забористее, что заставляло этих многих косо смотреть на Малфоев.

Напоследок, я вспомнил, каких успехов добился — получилось добить до 10 физическое развитие, неплохо увеличив и магическое с новыми знаниями и тренировками — аж по 20 единиц прибавилось в Ядре и Резерве. За лето, думаю, ещё 5-10 наскребу, а там и поздний этап аспектов. Эх, мечты…

Вот только мне опять предъявила Система, что я слишком юн и слабоват для такой мощи. Так что, батенька — качайтесь.

— Вы что-то хотели, госпожа? — Смотря Розе в глаза, я понимал, что мой план удался — девчонку я наполовину смог своей печатью обработать и теперь та была почти в полной моей власти, учитывая мою силу и прочее.

— Да, возьмись за порт-ключ, мы отправляемся опять в Германию, в то поместье… — Сумев сдержать усмешку, я молча кивнул, чувствуя, как меня начинает телепортировать.

Я смог добиться того, чего хотел — теперь Роза меня слушалась. Она смогла выгородить меня от поездки в штаб рода, отправив туда Абраксаса со всеми волшебниками. Теперь никто не знал, где мы были и что делали. Это мне было и нужно…

— Куда ты? — Единственная проблема, что я не до конца смог побороть чувство собственничества в девочке, её прежнюю личность и тот факт, что она изначально хотела меня использовать и вообще не испытывала ничего, кроме странной и даже больной привязанности.

— В бордель, госпожа — с куртизанками играть в очко. — Подкрутив несуществующий ус, я заметил слабую улыбку девочки, которая поняла, что это шутка. Это, по моему мнению, был прогресс. — Пойду прогуляюсь, буду нескоро, не скучай, милая! — Махнув ей рукой, я убедился в том, что чувствую направление, в котором находится вампирша и также убедившись в том, что девочка меня не преследует, отправился на поиски.

— Сударь, позвольте украсть у вас этот прекрасный цветок. — Что странно, женщина была не в кабаке, а в совсем другой части города, находясь в каком-то странном клубе.