Вообще, я как раз-таки был частично лишён этого недостатка — я прекрасно знал, как и куда надо бить не только для победы, но и для гарантированной смерти человека. Увы, являясь внешним учеником я не мог спарринговаться каждый день под присмотром учителей и прочее.

Но мне это и не было нужно — несколько парней из нашей банды тоже были такими учениками, с ними я и махался иногда. Но чаще всегда я приобретал практический опыт в прямых столкновениях на улицах Лондона. Как ни забавно, но я следую истокам савата — ведь изначально он был дворовым стилем, точнее оттуда вышел и через почти сто лет станет как каратэ, спортивными танцульками.

Но возвращаясь к школе — пришла к нам представитель, объяснила странные правила для моей учёбы и удалилась.

Всё было очень просто. Меня зачисляют и целый год я, как маман и говорила, буду там учить самые азы, вроде языка и математике со всякой географией с историей. В самом начале берут всех, формируют классы по предпочтениям — кому-то в языковой, кого-то в математический и т. д. В них буду подтягивать отстающих по конкретной дисциплине или иногда даже по двум. Это всё нужно, чтобы сдать экзамен в конце года.

Экзамен, который определит, как именно я буду учиться дальше. Либо я с треском провалю и буду до своих 11-12-13 обучаться в элементарной школе, либо я буду иметь дальнейшие перспективы на среднее образование. Довольно жёсткая система, мда.

Впрочем, как сказала маман, это они так стимулируют. Прямо как в Спарте — ясно, мальчик больной. И пинком со скалы, там на дне её черепа таких же, если вылезет сам — примем обратно.

Особо ничего не изменилось на самом деле. Я как тренировался, как ходил к пацанам за баблом или опытом, или на бокс — так и продолжил ходить.

Время моего пятилетия приближалось слишком быстро…

Больше всего меня в этой ситуации напрягало то, что мне так и не пришло какое-то задание. Впрочем, может ещё не всё потеряно?

Как бы я не старался, но бесшумно ходить по брусчатому покрытию мостовой я ещё не мог. Но идя в гордом и немного отчуждённом одиночестве посреди неблагополучного района, я подумал, что не так уж и плохо быть худеньким и ловким.

По крайней мере, мои шаги не разносятся на километры в стороны эхом в этой тишине, особенно учитывая всякие проулки и другие моменты.

Но больше всего меня нервировал факт того, что я даже не знал, сколько ещё мне надо было идти. Как так вышло?

Минут 20 назад я вышел из лёжки, с собой неся небольшой пакетик на несколько сотен грамм чего-то рассыпчатого. После этого меня просто отправили на какое-то место, де дескать — неси. Но это было лишь первым слоем.

Вторым слоем была информация, полученная мной от Билла — в действительности, мне нужно было главным образом не доставить груз, а заставить раскрыться пущенный вслед за мной крыс из нашей банды, дабы потом их накрыли наши, которые тоже крутятся где-то неподалёку. Но и это не всё!

Все помнят про ментов? Меня к себе перетереть пригласил старшой, пояснив — нам нужно не только избавиться от крыс в банде, но и понять, кто же стукач. Ибо если первых можно было просто убрать, то второй или вторые… Он не знал, кто это, но это был кто-то его уровня, кто-то, кто уже знал про три уровня этого плана и обязательно стуканёт бобби. Он же мне поведал про четвёртый уровень этого грандиозного обмана века…

Наверняка было ещё что-то, но тут я и сам терялся в догадках.

— Адам, подожди! — Слыша позади себя знакомый голос, я прищурился и остановился, на миг задумавшись — а вот это уже интересно. И что делать в таком случае?

Развернувшись, я увидел бегущего в мою сторону Мартина, который с естественной улыбкой махал мне рукой.

— Фух… быстро ты… убежал… еле успел… — Прокашлявшись и пытаясь справиться с дискомфортом в пересохшем от бега горле, он протянул мне знакомый конверт, как-то странно держа руки, на что я сразу обратил внимание.

— Что-то случилось? — Не спеша принимать конверт, я оценил то, что он как-то странно держится, явно готовый что-то резко сделать. Что ж… судя по всему, он одна из крыс, которая является моим знакомым и которую послали меня устранить.

— Ну, кхм… — Нетерпеливо тряся конвертом, он подошёл чуть ближе ко мне. Вот только слишком осторожным шагом, будто боясь спугнуть. — Меня послали тебе передать, старшой сказал, что там что-то поменялось в твоём деле…

— А, понятно. — Простодушно улыбнувшись и кивнув, я про себя подумал, что не подумал бы на Мартина до этого — всё-таки, вместе на дела ходили, а тут… — Ну давай, а ты сейчас куда… — Уже протянув руку и сжав конверт, моя улыбка застыла.