— Плевать мне было бы на общество и на их взгляды, — горячо воскликнула девушка. — Проходила уже через что-то подобное… И знаю, каково это слышать постоянные перешептывания за спиной, чувствовать на себе жалостливые взгляды особо «неравнодушных» товарищей… Всё равно… Важнее ребенка в жизни ничего не может быть.

— Согласна с тобой, — женщина кивнула. — Ты, как всегда, права. Только не все ведь считают так же…

— Знаю… — Мали сидела, грустно понурив голову.

— Давай больше не будем об этом, — Ангелина Максимовна устало потерла переносицу. Ответ на свой вопрос она получила, пусть и пришлось для этого на ходу придумывать историю. Зато теперь сомнений не было — своё мнение по поводу аборта Амалия высказала четко. Видимо, Ярослав прав: правильнее будет подождать.

* * *

Выйдя из больницы, Амалия глубоко вдохнула свежий воздух и, довольно улыбнувшись, поспешила к машине.

— Девушка…

— Вы ко мне обращаетесь? — Мали с интересом наблюдала за приближающимся к ней пожилым мужчиной. Черты его лица были смутно знакомы, но где она могла его видеть, вспомнить так и не могла.

— Да, к Вам. Добрый день, Амалия.

— Добрый… — растерянно произнесла девушка. — Раз Вы знаете мое имя, значит, мне не показалось, что мы с Вами знакомы?

— Не показалось, — мужчина протянул руку. — Я — отец Сергея Власова. Не помните меня?

— Ах, да… Конечно, — с момента их последней встречи прошло более пятнадцати лет, однако Мали тут же воскресила в памяти моменты их общения. — Извините. Просто столько времени прошло, — девушка пыталась улыбаться, однако получалось не очень: Власов был последним, кого бы она сейчас хотела увидеть.

— Не извиняйтесь, этого можно было ожидать… Постарел… Чертова старость… Никуда от неё не денешься. Зато Вы практически не изменились. Ваша красота с годами только усилилась.

— Спасибо… А Вы как здесь? — Мали недоуменно посмотрела на больницу.

— Сердце иногда прихватывает, вот периодически и прихожу сюда. Врач очень хороший принимает здесь, лучше, чем в поликлинике.

— Да, здесь хорошие врачи работают, — произнесла Амалия единственное, что пришло в голову. — Поправляйтесь, рада была Вас встретить. Извините, но мне пора уже.

— Подождите, — мужчина засуетился. — Подождите, я хотел поговорить с Вами… Вы, наверное, понимаете, о чём… Вернее, о ком.

— Извините, я спешу, — Мали развернулась, собираясь пойти к машине, но Власов схватил её за руку.

— Пожалуйста, Вы — моя последняя надежда, — его голос был умоляющим. — Пожалуйста.

— Не понимаю, чем я могу Вам помочь… — Мали выдернула руку и сделала шаг назад.

— Дайте мне десять минут, — мужчина смотрел ей прямо в глаза.

Амалия почувствовала себя загнанной в ловушку. Послать его и просто уйти она не могла — ничего плохого, в отличие от сына, он ей не сделал. Да и в её воспоминаниях он остался приятным образованным человеком, который всегда ставил на первое место семью и, как мог, старался её обеспечивать всем необходимым.

— Хорошо, — наконец согласилась девушка.

— Может, в машину сядем? Вам холодно, наверное.

— Только в мою, если Вы не против.

Торопливо шагая к машине, Мали крепко сжимала телефон, лежащий в кармане пальто. Немного шаркающие шаги позади неё вызывали сильнейшее чувство досады. И угораздило же её встретиться с Власовым… Говорить с ним о Сергее не было никакого желания. Даже вспоминать о том, кто совсем недавно назывался её другом, было противно.

— Слушаю Вас, — оказавшись в машине, девушка завела двигатель, чтобы прогреть в салоне воздух.

— Амалия, не буду юлить. Я хочу попросить у Вас помощи.

— Я же сказала, что не понимаю, чем могу быть Вам полезна.

— Подождите. Я сейчас всё объясню, — мужчина достал из кармана платок и вытер мелкие бисерины пота, проступившие на лбу. — Вы, конечно же, знаете, что Сергей находится под следствием. И мне… если честно, до сих пор не верится в это. Он… не мог сделать того, в чем его обвиняют. Я разговаривал с ним, и он сказал, что его подставили.

— Подставили? — Мали холодно взглянула на Власова. — Юрий Геннадьевич, я понимаю, что иногда нам трудно поверить во что-то, но…

— Его подставил Ваш гражданский муж по просьбе Вашего брата, — словно не слыша Амалию, продолжал мужчина. — С Вашим мужем я не знаком, но Илья… Никогда бы не подумал, что он способен на такое… И всё из-за какой-то компрометирующей его записи, которая была у моего сына. Но Сергей же не собирался никому её показывать… Поговорите с братом и мужем. Ваш муж влиятельный человек… Я хотел с ним поговорить, но эта затея не удалась. Поговорил с Ильей… Но он сказал, что не понимает, о чем я… Я заплачу, много заплачу… Хотя для Гилимханова, наверняка, эта сумма покажется смешной… Он ведь Бог, ну, или считает себя таковым… Амалия, поговорите с ним… Поверьте, никто никогда не узнает об этой записи. Вашему брату нечего опасаться. К.н.и.г.о.е.д...н.е.т