Он надулся и засверкал глазами, точно большая серая сова.

— Лихой малый, — уважительно произнес Торран, — хотел бы я отрастить такой хвост. В джунглях это как раз то, что надо.

— Мы обречены, — уныло проронил астроном. — Вы тут дурака валяете, забыв, что у нас нет ни оружия, ни палатки, ничего. Да нас в таком виде в первый же день поразит стреломет, и дело с концом.

В мозгу у Тэша автоматически возникло: «…стреломет… растение, реагирующее на колебания воздуха и тепловое излучение. Выбрасывает семена в форме стрел или заостренных дротиков, пробивающие кожу и подкожные ткани на глубину полутора сантиметров…»

А вслух он произнес:

— Я думаю, нам дадут кое-какое снаряжение. Посмотрим. Что толку тревожиться заранее.

И провел пальцем по обшлагу рукава, ощутив уголок запрятанной туда записки.

Пол под ногами качнулся, геликоптер явно шел на посадку.

Наконец машина легко приземлилась, и дверь в грузовой отсек распахнулась.

Джунгли. День первый

Сквозь открытый люк внутрь геликоптера ворвались незнакомые Тэшу запахи, пряные, дикие. Запах гнили, перемешанный с тонким, чувственным ароматом, запах мокрой травы, разогретой жирной земли. В отсек, издавая странный, пульсирующий писк, ворвалось нечто сверкающее, изумрудное, оно стремительно облетело кабину и вновь вылетело наружу. Затем в дверном проеме показались голова и плечи пилота: он повел оружием с широким раструбом дула и знаком велел всем выбираться из кабины.

Тэш спрыгнул на землю одним из первых и теперь стоял, озираясь. Свет здесь был приглушенный, он просачивался сквозь густые, поднимающиеся к небу испарения. Воздух дрожал и звенел, пронизанный голосами мириадов насекомых.

Пилот явно боялся каждой минуты пребывания здесь, он еще раз забрался в грузовой отсек и вывалил наружу несколько плотно упакованных тюков, а потом рысцой потрусил к кабине. Уже запрыгнув внутрь, за стеклянный колпак, он на миг высунулся и, держа в руке что-то вроде пульта дистанционного управления, нажал на кнопку. Тэш почувствовал, как хватка наручников у него на запястьях разжимается. Лопасти бешено закрутились, и геликоптер начал карабкаться в мутное небо.

— Интересно, — пробормотал астроном, провожая его взглядом и растирая затекшие запястья, — как действует эта машина? Должно быть, эти лопасти придают ей подъемную силу?

— Удивительная проницательность, — пробормотал сквозь зубы мрачный Тар-Лоо.

Торран тем временем, присев на корточки, распаковывал тюки, извлекая из них пустые рюкзаки, аптечку, свернутую палатку, ножи, ящик с оружием, комбинезоны из плотной серебристой ткани, защищающие тело с головы до ног, и прочные, высокие сапоги.

Вертолет тем временем, превратившись в стремительно уменьшающуюся точку, исчез за краем неба. Гладиаторы остались одни посреди беспредельного зеленого пространства, подобно морским волнам, заливающего все вокруг от горизонта до горизонта.

Воздух вокруг них, дрожащий и раскаленный, был пронизан звуками. Несметные живые существа, населяющие джунгли, скрипели, чирикали, визжали, попискивали, а вдалеке что-то глухо и протяжно ухало, словно там, в болоте, работала огромная помпа. За особенно густой и сочной зеленью Тэш заметил блеснувшее вдали зеркало водной поверхности, которое вдруг на миг подернулось рябью, словно над водой пронесся порыв ветра. Какое-то время он настороженно осматривался, жадно вдыхая незнакомые запахи, затем отошел к остальным. Все были заняты разборкой снаряжения. Кроме Куэ, который стоял, пригнувшись и в восхищении уставившись на расстилавшиеся внизу зеленые кроны. Кончик его хвоста возбужденно подрагивал.

Порывшись в груде вещей, Тэш извлек компас и, сориентировавшись, развернул карту.

Торран с интересом уставился на компас.

— Это что еще такое, приятель?

Оказалось, что об устройстве компаса имел представление лишь молчаливый Тар-Лоо и еще Танг — иномирянин, брат-двойник убитого Тэшем на арене, все так же молча наблюдавший за происходящим.

К компасу прилагалась карта, надо сказать, весьма приблизительная. На ней был отмечен участок, который им предстояло пройти, и красным крестиком обозначен конечный пункт маршрута. Карта, несмотря на всю свою условность, была выполнена вполне прилично, и рядом с ней жалкая бумажка в руках Тэша производила впечатление детского рисунка.

Первым обратил внимание на вторую карту Торран. Тэш уже заметил, что из всей группы он, пожалуй, единственный выказывал качества прирожденного лидера — схватывал все на лету, обладал незаурядной наблюдательностью и ровным, спокойным характером, за которым угадывалась скрытая сила.

Взглянув на измятый клочок бумаги, который Тэш держал в руке, Торран воскликнул:

— Эй, а тут, похоже, два крестика! А что значит тот, который левее?

Тэш объяснил:

— Эту карту специально припрятал для меня один… человек. Первый, правый, крестик обозначает нашу конечную точку маршрута — видишь, они совпадают на обеих картах.

— А что обозначает второй? — спросил, взглянув на карту, Тар-Лоо.

— Не знаю, — признался Тэш.

— Где ты ее раздобыл?

— На базе, — неохотно ответил Тэш, — в архивах.

— У кураторов, — холодно процедил Тар-Лоо. — . И ты им веришь? Хоть одному из них?

— Верю, — неожиданно для себя произнес Тэш. — Я знаю этого парня. Он, конечно, такой же, как все они, но не законченный подонок. Он дал мне ее, чтобы я постарался как-то выкрутиться. Это все, чем он мог мне помочь.

— Хочешь двигаться туда, твое дело, — холодно сказал Тар-Лоо, — на меня не рассчитывай.