И сидит, смотрит. Я прокрутил еще раз его синопсис. Вроде ничего страшного… А, стоп, есть. Тайна родовой инициации была одной из наиболее охраняемой для всех родов, настолько что даже сам Мстислав о ней ничего не знал. Понятно, почему аналог местного института хочет в ней покопаться лишний раз. Мстислав внутри меня ужаснулся — присутствие посторонних на инициации для него было не меньшим оскорблением чем, например присутствие посторонних в его жене. Хотя, нет. Даже как присутствие посторонних в нем самом. Хотя, нет… Короче, Мстислав бы на это не пошел. А я ничего против этого не имел.

— Хорошо, — просто сказал я. Старался говорить коротко и следить за собой, чтобы не ляпнуть лишнего. Это постепенно превращалось в привычку.

— При канцлере подтвердишь обещание? — быстро спросил Григорий.

Я кивнул. Колдун явно обрадовался, даже ладошки потер.

— Ну, терь можно и выпить. Коль договорились, ведь можно и обмыть, верно говорю? — Распутин заулыбался и даже говор у него прорезался местечковый. Одновременно он выудил бутылку и две рюмки из аккуратного ящичка рядом с собой. Ловко у него это получилось. Чувствуется двухсотлетняя практика.

— Пока не договорились, — вкрадчивым голосом сказал я. — Есть у меня, старец Григорий, еще одно предложение…

— Какое это? — немного испуганно спросил Распутин. Машинально наливая водку в рюмку.

— Во мне же не только в деньгах ценность, — сказал я и сел прямо. Шуба как-то некстати упала, обнажив меня по пояс. Я заторопился договорить:

— Я же из древнего рода. У меня связи есть. Возможности. Перспективы. Мой дед Псковским князем был. И у меня до сих пор там место в Господском совете. Наследное. Это к примеру.

— Это я знаю, — кивнул Распутин и выпил. Облегченно улыбнулся, но тут же снова нахмурился. — К чему ты это?

— А к тому, что деньги, сами по себе, это еще не власть. Возможностей больше, да. Но я могу дать больше. Может, если все будет хорошо, я смогу стать в Пскове человеком большим. Вес набрать. И вот тут у меня появятся возможности, которые за деньги не купишь. А не хочешь ли ты, старец Григорий, Экзархом Псковским?

Это было неким аналогом митрополита. В этом мире многие слова были заимствованы из греческого и латинского, но вместо христианской терминологии использовалась языческая. И, насколько мне подсказывала заемная память, верховным жрецом мог стать практически любой. Была бы политическая воля. А место было не только прибыльное, но и сулило действительную силу — экзархи тут могли не только народ на площади собрать. Они реально вызывали дождь, останавливали эпидемии и заставляли плодоносить каменистую пустыню. Наверняка, были там свои нюансы… Но я уже видел, как загорелись глаза Распутина. Предложение ему очень понравилось.

— А по тебе ли гуж? — засомневался старый мистик.

— Помоги мне, сударь, а я даю слово, приложу все усилия. И помогу тебе стать экзархом. Слово княжье! — ответил я. И протянул руку.

Григорий Распутин, после короткой задумчивости, решительно пожал мне руку. Выражение лица у него было по прежнему недоверчиво-насмешливое. Но я был уверен — я купил этого человека. Если не полностью, то три четверти. Теперь Ядвиге придется сильно потратиться, чтобы его перекупить.

Потом мы выпили. Водка была хорошей. Нет, даже чудесной. Чувствовался привкус ореха и меда. Внутри разлилось приятное тепло.

Колдун бутылку закупорил и спрятал.

— Хватит пока. Дела ещё есть. Теперь слушай сюда, княжич. Поступить в Лицей не так то и просто. С улицы не берут. Но есть у меня одна мысля…

Глава 7

В которой герой отправляется за помощью к ведьме. И у него постепенно разгорается смутное подозрение, что ему не только волшебных артефактов могут понапихать. Но коварный древний мистик не оставляет ему выбора, кроме как либо идти к ведьме, либо как замерзнуть на хер.

— Ничего себе у вас тут ведьмы живут! — не удержал я восхищенного возгласа. Когда Григорий Распутин сказал, что отвезет меня к Марфе-ворожейке, я наивно представил нечто вроде землянки. Может, даже избы на курьих ножках. Здоровенная каменная вилла с колоннами и шатром перед ней, да еще прямо посередине города, меня малость удивила. Ну как малость. Я просто охерел. Хорошо еще, я на полу в санях сидел и за всем через оконце смотрел.

Мы сейчас находились в Ростове. Город был огромный, по сути агломерация, где города переходили один в другой. Я никогда не был в Ростове в своем мире, но сейчас смог бы сориентироваться. Недалеко высилась мощная крепость, со стенами не ниже чем ветхая двенадцатиэтажка начала века, на мой непрофессиональный взгляд. А сравнительно тонкие, вычурные, белые угловые башни поднимались в два раза выше. "Чудесный Источник" — подсказала моя заемная память. Мстиславу картинку показывала. Достопримечательность всея Руси, между прочем.

— Не ведьма, а сударыня Марфа-ворожея! — неожиданно зло рявкнул Распутин. — На худой конец, Бабушка Марфа! Ты только там такое не ляпни! И вообще, молчи лучше. Может статься, за умного сойдешь!

Я заткнулся. Далось с трудом, я даже слегка язык прикусил.

Мой купленный друг и товарищ засуетился по саням, собираясь. План был у него простой и понятный, надежный как швейцарские часы. Пойти на поклон к ведьме. Которая, как утверждал Распутин, что-то там ему задолжала. И она даст мне рекомендательное письмо и свое имя. Формально, усыновит. Как я понял, тут замешана политика. Есть боярские рода, формально и фактически, обладающие всей полнотой власти. Но есть и вполне параллельная структура ведьмаков, волхвов, чародеев, кудесников, волшебников и их фемитивов. Каждый из которых так и норовил объявить себя жрецом бога. Богов было не мало, на всех хватало.