Лес закончился, и теперь мы шли среди невысоких холмов. В темноте было плохо видно дорогу, скорее даже ее отсутствие – под ногами была мягкая трава, такая, какая бывает на пастбищах.

После очередного поворота у меня перехватило дыхание – перед нами внизу в долине лежал огромный город. Его очертания были плохо видны, но мерцающие огни четко очерчивали границы. В центре хорошо освещенная со всех сторон, стояла крепость. Именно крепость. Высокие башни образовывали пятиугольную звезду. Они соединялись высокой стеной. Внутри огромное строение из камня. Огонь горел и на стене по всему периметру, и внутри, где, скорее всего, был двор.

– Это Алавия, - прошептала Палия, когда лошади встали, и она смогла подойти ко мне. – Не думаю, что останемся ночевать под открытым небом. Им нужно скорее избавиться от нас.

– А рынок? Ты же говорила, что поведут на рынок? Он и ночью будет? – тихо спросила я и страх начал наступать с новой силой. В первую очередь я боялась расстаться с девушкой, которая стала единственным близким человеком в этом мире.

– Не знаю, Мали, - она тоже была напугана.

Вопреки нашим опасениям, мы не стали спускаться в долину и остались ночевать прямо под открытым небом. Нас не развязали, а только отвязали от лошадей. Один из мужчин ушел и вернулся минут через тридцать с двумя котелками воды. Второй в это время разжег два костра. Для этого ему пришлось спуститься с пригорка, на котором мы остановились вниз, к городу. Там были мелкие кусты.

На ужин у нас был только чай, но и он, хоть немного заполнив желудок и согрев внутренности, дал сил. Спать не хотелось, несмотря на усталость. Девушки укладывались на полянке, ничего, чтобы укрыться у них и не было вовсе. Мой плащ я делила с Палией. Если на прежнем месте рядом с той хибарой среди кустарников и леса было безветренно, то здесь чувствовался ветерок, похожий на сквозняк. Котелки с заваренным отваром стояли возле костра. Девушки часто просыпались, подтягивались к тлеющим углям, пили чай и грелись.

Я заснула под самое утро, и горько пожалела об этом, потому что на землю лег промозглый туман. Разбудила вздрагивающую во сне Палию и перевела ближе к огню. Сама подкинула в него лежащие рядом коряги и уставилась на город внизу. Сквозь туман виднелись только шпили башен и строения внутри стен. Выглядело это сказочно, словно замок, построенный на облаках. Что нас ждало там? Кем я буду в этом мире и в этом городе?

– Говори только, когда важно. За любое слово могут избить, - видимо, поняв, что нас разделят, Палия начала давать мне советы по выживанию.

– Кому нас могут продать, Палия? – мне был интересен дальнейший возможный ход событий, и нужно было просто говорить о чем-то.

– В дом патриолуса или богатого серта, - спокойно ответила Палия.

Про патриолуса я уже знала, это дворянство высокого ранга, а вот про серта мне снова пришлось выспрашивать подругу. Этим странным именем называли купцов и тех, кто имеет лавки, продает крупными партиями.

– Зачем мы им?

– Кто-то делает слугами, а кто-то приводит в свою постель, - вздохнув, сказала Палия.

– Ну, мне кажется, от них можно сбежать. Я надеюсь, нас продадут в одно место, - не надеясь даже на такой исход событий, ответила я.

– Нет, мы с тобой очень дорогие, и к нам приставят охрану.

– Охрана у служанки? Что-то я плохо себе это представляю, - хмыкнула я.

– В большом доме много охраны. Ласы служат патриолусам.

Ласами оказались солдаты. В общем, система этого мира нисколько не отличалась от известных нам. Армия, по сути, защищала не людей, а власть имущих.

Спуск к городу был достаточно крут, и мокрая трава могла сыграть с нами злую шутку. Проверив спуск, один из мужчин вернулся обратно и сообщил Зирату, что идти нельзя, и я отчетливо слышала причину – лошади сломают ноги. Лошади важнее нас? Так ли мы дорого стоим?

Зират посмотрел в нашу сторону и отвязал от седла большую рогожу. Потом выбрал из принесенного помощниками валежника три метровых коряги и поставил шалашом. Накрыл своей рогожей и дал нам понять, что надо залезть внутрь. Они понимали, что на солнце, которое начало уже вставать лицо Палии станет красным к вечеру.

Когда солнце войдет в зенит, склон высохнет, и нам придется идти под его палящими лучами. Что тогда он сделает с Палией?

Зират был умен, сдержан и молчалив. В нем не было ненависти к нам, скорее, он просто бережно относился к своему имуществу. Так берегут щенков, что разводят на продажу. Их не бьют, ласкают, берегут, но в нужное время за деньги передают в чужие руки.

Я оказалась права – Палию усадили на лошадь, укрыли с головой рогожей так, что не видны были даже сапоги. Я шла рядом с одной стороны, с другой шел Зират. Я смотрела во все глаза на город, который был теперь виден как на ладони. Когда туман рассеялся, я поняла, что он больше, чем я представляла. Долина была широкой, и узкие перешейки соединяли это огромное пространство с другими долинами, где также, стояли дома, видны были засеянные поля. Вернее всего, там были более скромные поселки и деревни.