При этих словах я вдруг поймала взгляд Барраса, устремлённый на Тайбери. Очень странный… и очень зловещий взгляд. Не нравилась ему эта политика дома Тайбери, похоже. Очень не нравилась.

Но Тайбери всё ещё молчал. Я боялась дышать.

— Вы уверены, Квинн? — негромко спросил ректор Рионери. — Вы многим рискуете, откладывая столь важное решение из-за личной неприязни.

Тайбери разомкнул губы.

— Уверен, — наконец сказал он холодно. — И никто из находящихся здесь меня не переубедит.

Мой дядя сцепил пальцы на своём объёмном животе.

— Из находящихся здесь, значит? — протянул он. — Что ж, надеюсь, тебя переубедит твоя красавица невеста. Уж у неё здравого смысла побольше, чем у тебя. Не так ли?

Он повернулся к лорду Алькассаро, усмехаясь.

— Не зря ходят слухи, что ты собираешься возвеличить её вместо своего сына. Я одобряю. Я бы тоже взял в наследницы Виолетту, а не этого твоего легкомысленного бездельника.

Виолетта — будущая наследница дома Алькассаро? В обход Файена? Ой-ой.

— Файен — мой сын, — жёстко отбрил Барраса лорд Алькассаро. — И оскорбление, адресованное ему в моём присутствии, — это оскорбление, адресованное мне.

Я покосилась на Тайбери. На его лице не отразилось совершенно ничего.

Лорд Зазини с задумчивым видом сощурился.

— Следовало ожидать, раз мальчик лишился изрядной части магии после смерти своей шейры, — проронил он. — А его сестра из тех, кто не упускает своего.

— Пока это ещё не решено, — отрезал лорд Алькассаро. — И я предпочёл бы обойтись без подобных сплетен.

— Тогда завершаем собрание, — раздался в зале негромкий голос мэтра Рионери, и все немедленно замолчали. — Мне жаль, лорд Баррас, но вето дома Тайбери преодолеть не удастся. Поскольку наследник дома не даёт согласие, Деанару Кассадьеро нельзя объявить мёртвой. Конечно, вы можете обратиться к главе дома…

Тайбери только фыркнул.

— Что касается разбивания кристалла, — продолжил ректор, — здесь, как я понимаю, наследник дома Тайбери упорствует из чистого упрямства, и в этом вопросе его можно переубедить. Не так ли, Квинн?

Я задержала дыхание.

— Всего этого можно избежать, — подчёркнуто произнёс лорд Алькассаро. — Нам не нужна война между великими домами, и уж точно не по такому нелепому поводу. Квинн, ты же сам хотел разбить кристалл этой девушки!

— А сейчас не хочу, — жёстко произнёс Тайбери, глядя на мэтра Рионери. — Кстати, как насчёт вас, мэтр? Я заметил, вы не защищаете свою любимицу. А ведь это вы хотели дать девчонке второй шанс, не так ли?

Рионери вздохнул.

— Квинн, нашли её тело. Она мертва.

— Нашли чьё-то тело, — отрезал Тайбери. — Я не дам согласие, потому что не собираюсь потакать Баррасу Кассадьеро.

— Точнее, хотите насолить ненавистному вам дому.

Тайбери пожал плечами:

— Допустим. Или хочу посмотреть Баррасу в лицо, когда окажется, что его племянница жива. Вести, что мы собираемся уничтожить её кристалл, разойдутся быстро. Что будет, если Деанара явится на следующее собрание собственной персоной? Как мне кажется, нас ждёт неплохое представление.

О да. Особенно если магия шейры спадёт с меня прямо сейчас. Увы. Три раза увы.

А ведь сейчас, среди глав великих домов, я даже могла бы попросить — нет, потребовать! — защиту от брака с Юлиусом. Пусть я нищая, пусть я лишь формальная наследница дома, но я вполне могу надеяться на другой союз. Брак со мной был бы желателен для многих.

Другое дело, что замуж я не хочу совсем. Вообще. Ни малейшего желания. Я покосилась на Тайбери. Мне и в шейрах-то… не очень.

— Итак, вы предлагаете нам ждать, пока вы не передумаете, — с иронией произнёс мэтр Рионери.

— Как знать? — Тайбери пожал плечами. — Возможно, это случится уже завтра.

Меня чуть не передёрнуло. Баррас, судя по всему, испытывал сходные чувства, вот только по прямо противоположной причине.

— В таком случае собрание завершено, — произнёс ректор Академии. — Было приятно увидеть вас всех, господа.

На выходе из зала я вздохнула с облегчением. Мой кристалл останется цел. Пока. Что до завтра… завтра будет видно.

Увы, я зря радовалась. Тяжёлая, грузная фигура перегородила нам путь.

Дядя не собирался отпускать нас так легко.

Тайбери скрестил руки на груди.