Я внутренне вздохнула. Я бы с радостью. Увы, вместо этого приходится сидеть в шейрах.

Тайбери вдруг хмыкнул:

— Совсем забыл. Одна из этих записок адресована тебе.

— Что, неужели Виолетта прислала весточку, повелитель? — не удержалась я от сарказма. — Хочет порадовать меня, что вот-вот станет наследницей дома Алькассаро и уж тогда точно повесит меня на ближайшем дереве? Завидная судьба, между прочим. Могла бы и собственной шейрой сделать.

Тайбери закашлялся, поперхнувшись молоком.

— А что? — невинно спросила я. — Думаешь, я недостаточно хороша, чтобы меня не увела у тебя собственная невеста?

— Думаю, что твоя фантазия может сбыться, — невозмутимо произнёс Тайбери. — Нужно же и мне делать себе подарки.

Теперь чуть не поперхнулась я.

Тайбери бросил мне записку через стол.

— Тебе пишет другая твоя старая подруга. Держи.

Я подняла брови, разворачивая записку. Сердце забилось, едва я увидела подпись.

«Приезжай в Академию. Я хочу поговорить с тобой о предмете, который тебе очень знаком.

Хелен».

О каком предмете могла идти речь? Моё сердце заколотилось. Только об одном.

Хелен знала, кто я. И до неё дошли новости, что кристалл трагически погибшей Деанары Кассадьеро собираются уничтожить.

— Я хочу взять экипаж и поехать в Академию. — Я встала. — Сейчас, мой снисходительный повелитель, если позволишь. Вместо ужина.

Брови Тайбери взлетели.

— Что, даже десерт не съешь?

— Нет, повелитель, — отрезала я. — Мне нужно посетить метрессу. Сегодня.

Минуту Тайбери молчал, отрешённо глядя на стол. Кажется, сегодня у нас обоих не было аппетита.

— Хорошо, — произнёс он рассеянно. — Я тебя отвезу. Всё равно я хотел прогуляться вдоль канала.

Там, где я якобы утопилась. Хотя я лишь бросила из окна свой шёлковый шарф, понятия не имея, к чему это приведёт.

— Зачем, повелитель?

— Мне не даёт покоя одна мысль… — по-прежнему рассеянно произнёс Тайбери.

— Какая?

— Допустим, Деанара жива. — Тайбери посмотрел прямо на меня. — Но никто не видел, как она покидала Академию. Никто. А это невозможно.

— Почему невозможно, повелитель?

Тайбери начал загибать пальцы.

— Потому что Баррас и его люди прочесали всю Академию в тот же день — раз. Потому что он расставил своих людей у всех выходов — два. Потому что среди множества слухов не было ни одного, где кто-то ясно и чётко видел её покидающей Академию. Потому что…

Он остановился. Вздохнул.

— Её шарф — всё, что нам известно. Её шарф, канал, крыло шейр неподалёку. Должно быть, она решила срезать путь через него.

Он задумчиво посмотрел на меня.

— В день моей церемонии. В день, когда у меня появилась шейра.

Я задержала дыхание. Проклятье, если у него возникнут подозрения…

— Я её не видела, повелитель, — проронила я. — Мне, как ты понимаешь, было не до того.

— Да уж, — хмыкнул Тайбери. — Представляю себе.

Ох, не хотелось мне, чтобы Тайбери думал о крыле шейр! Хорошо ещё, что я форму Академии засунула подальше. Если Тайбери узнает, что я перепрятала её в его же доме…

С другой стороны, я только что получила отличный повод поговорить о том, о чём мне нужно с ним поговорить.

— Значит, Деанара не погибла? — уточнила я. — Не кажется ли тебе, что в этом случае разбивать её кристалл несправедливо, мой непредвзятый повелитель? И что великие дома несколько поторопились?

Тайбери долго молчал. А потом покачал головой.

— Я не знаю наверняка, жива ли она, — произнёс он. — И в любом случае я придержал своё согласие не ради вздорной девчонки. Я всё ещё могу его дать.

— Но зачем? — негромко спросила я. — Почему не дать ей возможность стать магом?

Тайбери усмехнулся.

— Если ты видишь во мне благородного рыцаря, то очень зря. Я не желаю давать ей ни единого шанса. В тот день в Академии я хотел, чтобы её кристалл разбили, потому что у моего дома есть злейший враг — дом Кассадьеро. И будь это Баррас, его сын или даже его племянница — все они часть этого дома.

Ну да, конечно же, я злейший враг Тайбери! То-то меня тянет запихнуть ему пригоршню кубиков льда за шиворот и подставить подножку на тренировке!