— Во-первых, у меня не было дворецкого, я из семьи со средним достатком. Но в школу ходил престижную, это правда. А во-вторых, — сделав паузу акцентировал внимание, — я в твоих глазах как Бэтмен?

— Конечно. Этому городу ведь нужен новый герой? — Кейт блеснула глазами, положила вилку и приставила руки к макушке, изображая уши.

— Тогда ты будешь Харли Квин.

— Почему это? — неподдельно удивилась она.

— В тебе есть безуминка.

— Это вместо изюминки? — Уилсон сделала губы бантиком. — Не люблю изюм.

— А мне нравится. Особенно в выпечке, — признался я.

— Да ты извращенец! Я ухожу, — она сложила приборы, делая вид, что встает.

— Пешком пойдешь до Линдена? — сохранял я непоколебимость.

— Угоню твою тачку.

— Ты еще и машины угонять умеешь? — у меня чуть кусок поперек горла не встрял.

— Плохой район, Люцифер. Помни об этом, — пригрозила Уилсон пальцем.

— Придется применить свои наручники для задержания особо опасной преступницы, — вставил я очередную двусмысленную фразу в нашу беседу.

Женщина за соседним столиком очень заинтересовалась, стрельнув глазами в мою сторону. Я одарил ее совершенно равнодушным взглядом, сосредотачивая внимание на реакции моей спутницы.

Раздразнивание аппетита достигло своего пика, еще немного и мы накинемся друг на друга прямо здесь, посреди ресторана и кучи гостей. Кейт облизнула губы, сверкнула глазами, и томным, не оставляющим никаких сомнений в смысле слов голосом произнесла.

— Надеюсь, вы зачитаете мне мои права, детектив.

Твою-то мать. Этот вечер определенно претендовал на роль самого охуенного вечера за последние пять лет.

***

Дорога назад пролетела незаметно, мы продолжили спорить о вкусах и взглядах на жизнь, пока Кейт опять перебирала мою музыку. На улице заморосил дождь, орошая мелкими каплями лобовое стекло.

Дворники сметали воду, тихонько повизгивая, вклиниваясь в паузы между песнями и нашими разговорами. Давным давно стемнело, ночная трасса встретила нас огнями фонарей, бросающими желтоватые блики на собирающиеся лужи. Даже промозглость погоды не могла разрушить те тепло и уют, которые наполняли салон авто, служивший сейчас крохотным островком безопасности в беспощадном окружающем мире. Жаль, нельзя остаться тут навечно.

Мы припарковались у дома, Кейт нехотя выбралась из машины, накидывая капюшон на голову.

— Дурацкая сырость, дождь этот теперь до талого будет идти, — бубнила она, пока мы поднимались по лестнице.

— До талого, — вторил я как попугай.

— А потом еще и снегодождь начнется, — уже перестала реагировать на мои повторения Уилсон.

— Это снег с дождем? — предположил я.

— Да. Мерзейшая вещь.

Я открыл дверь в свою квартиру, Кейт зашла как к себе домой, совершенно не смущаясь и не пытаясь направиться к себе. Снял пальто, забрал парку из ее рук, пока Уилсон освобождалась от ботинок. От влаги ее волосы слегка распушились, теперь она напоминала взъерошенную маленькую птичку.

— Спасибо за вечер, — Кейт обняла меня за шею, привстав на носочках. — Я еще никогда не чувствовала себя настолько потрясающе.

Она потянулась к моим губам, я наклонился, прижимая ее как можно ближе, подхватил на руки и направился в спальню, разомкнув поцелуй только возле входа, когда попросил пригнуться.

Дойдя до кровати, плавно опустил на простыни, ложась сверху. Кейт снова увлекла меня в пьянящий затяжной поцелуй, перенесла ладони с моей шеи на грудь и начала расстегивать рубашку. Медленно, пуговица за пуговицей, едва касаясь кожи прохладными пальцами. Следом она ловко справилась с ремнем на брюках и молнией, высвобождая хлопковую ткань из-за пояса. Пальцы коснулись пресса, очерчивая каждую напряженную мышцу, устремились вверх, поднялись до груди, остановились на пару секунд, затем нырнули под ворот рубашки, сбрасывая ее с плеч. Я отодвинулся, помогая освободить себя от одежды.

Потянув край платья наверх, снял его с девушки, оставляя ее только в белье. В полутьме спальни она выглядела чертовски соблазнительно, растрепанные волосы, стройная фигура, с плавными изгибами. Я залюбовался, немного отвлекаясь, но Кейт вернула меня к реальности, провела пальцем по линии косых мышц слегка оттянув резинку боксеров.

Желание практически искрило между нами, разрядами тока отзываясь в каждом прикосновении. Я хотел ее, вожделел как обезумевший, дорвавшись до возможности завладеть этой девушкой, совершенно не понимая, как ей удается вызывать во мне это давно забытое чувство.

Я завел руку ей за спину, расстегнул лиф, оголив аккуратную небольшую грудь, до которой все же сумел добраться утром, с трудом оторвавшись после звонка злосчастного будильника. Обнял за талию и плавно переместил со своих коленей на кровать.

Затем отстранился, чтобы снять последнюю одежду. Уилсон часто дышала, кусая губы от нетерпения, изучая голодным взглядом мое тело. Я навис над ней, подцепил большими пальцами края трусиков, Кейт приподнялась, помогая снять с себя последний элемент белья. Поймал ее изящную стопу в воздухе, в полутьме блеснул длинный шрам на голени, наклонившись, я оставил на нем поцелуй, отчетливо различив в тишине изумленный вздох девушки.