У Паньли опасался, что в больших деревянных дверях появятся другие наемники, встревоженные шумом, а он, пока что неспособный отыскать путь к озеру Кхи, не сможет оказать им приличествующего рыцарю сопротивления.

Несколько минут спустя он встал, пододвинул под высокое слуховое окно стол, забрался на него и огляделся. Сначала он увидел дворец из своего видения — грандиозное строение (куда большее, чем он ожидал), окруженное семью башнями. Дворец находился от него недалеко, максимум — в нескольких сотнях метров. К этому вдобавок выяснилось, что комната, в которой он очутился, располагалась на четвертом этаже здания казармы, и что во внутреннем дворе, примерно метров на пятнадцать ниже, кишат сотни наемников.

Он с беспокойством взглянул на деревянные двери.

Выбраться из этого здания будет непросто.

— Ваше Святейшество, вам следует пойти в ремонтную мастерскую и устраиваться в подготовленном для вас деремате, — сказал Мальтус Хактар.

То, как поворачивались события, явно беспокоило Адамана Муралла, заполошный взгляд которого беспрерывно прыгал из одного края комнаты в другой. Он горько жалел, что позволил муффию втянуть себя в эту историю. Дружеские чувства молодого маркинатянина к Маркитолю не простирались до того, чтобы разделять с ним напасти. Поначалу Адаману льстил интерес к нему Барофиля Двадцать пятого, и он, пусть и отказывался себе в этом признаться, ожидал определенных выгод от своего привилегированного статуса личного секретаря; но предвкушаемые блага по взмаху палочки злого колдуна внезапно обратились во всевозможные неприятности, которые увенчала готовящаяся жуткая битва в галереях дворца.

Секретарь окинул взглядом неподвижно вставшего перед морозящим саркофагом муффия. Он не мог избавиться от гадкого ощущения, что владыка решил к собственной участи приговорить и своего служителя. Барофиль Двадцать пятый даже не спросил его совета, не предложил ему возможности перейти в другой лагерь и искать расположения тех, кто ведает перемещениями в иерархии. Как и все его коллеги — экзархи и кардиналы, — Адаман слыхал о готовящемся нападении на епископский дворец, но полагал, что это всего лишь беспочвенный слух, как и большинство слухов о правящем понтифике. Ему пришлось столкнуться с реальностью, когда, повинуясь экстренному вызову муффия, он обнаружил в кулуарах атмосферу подготовки к битве. Он хотел развернуться, но вооруженные осгориты преградили ему путь и сопроводили в покои понтифика. Муралл оказался в ловушке и столкнулся с жестокой дилеммой: если он останется здесь, нападающие убьют его безо всяких церемоний, а если он сбежит в компании верховного понтифика — его признают сообщником и пожизненно внесут в индекс еретиков.

Муффий повернулся, и в уголках его губ появилась легкая улыбка:

— Не смотрите так, мой дорогой Адаман. Вы, вероятно, чувствуете себя, как будто в эту минуту все теряете, но есть другие края, куда мы отправимся, где мир будет заново возрожден… Какая благородная задача!

— У меня нет никакого желания возрождать мир! — сварливо ответил экзарх. — Я хотел получить экзархат на Маркинате…

— Я неверно судил о вас: я приписал вам более возвышенные побуждения.

— Пожалуйста, не приписывайте мне больше ничего, Ваше Святейшество!

Его запальчивые выкрики отдавались громким эхо от стен и потолка комнаты.

Мальтус Хактар сверился со своим портативным таймером — голографическим микропроектором, показывающим положение солнц. Над его ладонью повисла крошечная синяя, почти фиолетовая, точка.

— Скоро сумерки, Ваше Святейшество… Воители безмолвия теперь уже не придут. Я даже не уверен, что их предупредили: связь с членами сети, отвечавшими за контакт с ними, пропала, и, я боюсь, окончательно. Полицейские силы не замедлят с атакой.

— У меня предчувствие, что они появятся, Мальтус. И я не собираюсь оставлять эти четыре тела в руках Междупола. В них — будущее человечества.

Адаман Муралл широким взмахом руки указал на саркофаги. В еле заметном порыве воздуха колыхнулись светошары.

— Эти четыре мороженых тушки — будущее человечества? Вы утратили здравый смысл, Ваше Святейшество? И не заставляйте меня поверить, что вы доверяете этим историям о воителях безмолвия! Это просто люди, которые, как и все остальные, перемещаются через дерематы. Привожу доказательство: миньонам Марса их удалось захватить.

Экзарх сердито ткнул пальцем в сторону муффия. Его напудренное лицо было бледно как его светло-зеленая ряса. Два локона, выпущенные из-под капюшона, усыпали желтые камни — должно быть, цитрины, — но даже так приукрасившись, он мало походил на сиракузянина.

— В любом случае, Ваше Святейшество, я улавливаю различия между истиной и вашими речами! Вы убегаете не ради возрождения мира, а чтобы избежать встречи с вашими судьями!

Нахмурившийся Мальтус Хактар замахнулся на Адамана Муралла: