— Да не реви ты, как благородная девица.

— Не девица я… — продолжал всхлипывать он, утирая слезы.

— Ну, и не реви тогда. Будь мужиком. Сам виноват!

— Сам… Простите, месье Морель. Больше не повторится…

— Откуда ты узнал мою фамилию, гаденыш? — в бешенстве заорал я опять. Выхватил кинжал и приставил лезвие к шее Матиса. От легкого нажатия на коже выступила кровь и потекла тоненькой струйкой.

— М-м-м… Мужчина… М-м-мне сказал мужчина… Его взгляд… Как у безумца… С-с-страшнее, чем у Сансона… Он с-с-с… сказал вас так называть, — заикаясь, бормотал мальчишка, столкнувшись с новым потрясением.

— Запомни, Матис. Фредерик-Тьерри Морель мертв… Он давно выполнил гражданский долг перед страной. Обеспечил трупных червей пищей. Правда, чужим телом, но это не столь важно… Если ты еще раз произнесешь это имя, то это будет последнее, что ты скажешь в этой жизни. Я вырву тебе язык, зажарю и скормлю его тебе же. Ты знаешь: я слов на ветер не бросаю… Все ясно?

— Яснее не бывает, месье «Дровосек «… П-п-п… простите меня.

— Принято… Зачем пожаловал? Не на меня ведь полюбоваться… И что это за человек, о котором ты рассказывал?

— Он заставил… — мальчишка закашлялся, потер след на шее рукой и продолжил: — Найти вас… Срочно…

— Кто такой спешный?

— Месье просил вас поторопиться. Он упомянул, что вы знакомы… Очень давно… Вопрос жизни и смерти. Дело «госутавственой» важности…

— Государственной важности?

— Да!

— Его случаем не Клод Дюпон звали?

— Да… Точно! Дюпон!

Старина Клод… Мог бы сразу догадаться! Он же, как черт из табакерки, всегда появляется неожиданно. И ничего хорошего от встречи с ним можно не ждать. Охотник, пират, буканьер и авантюрист родом из Вест-Индии. В свое время мы с ним хорошо покуролесили… Гробовщики остались довольны… М-да… Он отменно стрелял, но еще лучше обходился с саблей…

— Мне фиолетово… Хоть Дюпон, хоть Мюпон. Хоть сам Людовик. Я устал как собака и хочу отдохнуть денек-другой.

— Он сказал, что ваша братва согласна на дело.

— Плевать… Они вправе делать, что угодно.

— Он обещал щедро заплатить. Вы бы остались довольны… На многие… многие годы вперед.

— Малыш, передай ему дословно: клал я на его деньги с высокой Пизанской колокольни…

— Хорошо, месье «Дровосек», — согласился Матис и глупо улыбнулся.

— Тебя что-то веселит в моих словах? — спросил я мальчишку, приблизив свое лицо вплотную к нему. Настолько, что у слюней не было выбора, куда им лететь. — Может, я зря тебя не прикончил?

— Не зря… Мне не смешно… Просто вы точь-в-точь отвечаете так, как он говорил. Слово в слово… Видимо, он вас хорошо знает…

— Тебя это не касается, не суй свой нос, куда не следует.

— Не понял… Что не делать?

— Забудь… Говори быстрее, что он тебе еще передал. Не испытывай мое «ангельское» терпение.

— Месье Дюпон пообещал простить долг и заплатить сверху столько же. Еще у него «инфомация»… Он нашел, кого вы искали. В его банде теперь бродяга из «Москофии». Он балакает, как парижанин. Алекс Остужефф…

Хорошие новости… Теперь я знаю, для чего я здесь. Квест близится к завершению. Нужно встретить этого Алекса и передать ему дар убийцы. Дюпон знает, как уговорить «Дровосека»… Скоро все это закончится.

— Где и во сколько меня ждет Клод Дюпон?

— Месье сказал, что вы не промажете. Это то место, в котором ваше каменное сердце дало трещину. Сегодня, во столько же…

Сволочь… Никакого уважения… Дюпон говорил о площади Дофина. Там он познакомил меня с Шарлоттой. В прошлый раз мы встречались в одиннадцать минут двенадцатого. Так что я успеваю, еще минимум два часа.

«Шарлотт-а-а-а…» — тоскливо завыл голос в моей голове.

Я даже вначале испугался, но потом сообразил, что это вновь проснулось сознание «Дровосека». Ничего, не волнуйся. Скоро ты с ней встретишься…

— Лучше бы у Дюпона череп треснул, — гневно процедил я сквозь зубы. — Что он еще передал?

— Сам он приехать не сможет. Вас встретит его подопечная — рыжая девушка по имени Мари. Он сказал, чтобы вы ее не обижали. Она особенная… С ней будет Остужефф. Все остальное на месте.

Клод нашел себе новую «фифу»? Странно, что он отправляет ее на дело… Может, у них несколько другие отношения? Хотя пофиг…

— Зачем я ему нужен?

— Вразумить одного человека… Кажется, месье называл его Колиньи.

Вразумить… Называл бы все своими именами — ликвидировать объект во что бы то ни стало.

— Хорошо. Передай Дюпону, что я согласен. Он тебе заплатил?

— Да… — побрякивая монетками в кармане, задорно ответил мальчишка, — пятьдесят сантимов отвалил.

— А ты говоришь «щедрый»… Скупердяй он. Вот, держи, и не в чем себе не отказывай, — сказал я, бросая ему в руки мешочек. — Может, когда-нибудь хорошим словом вспомнишь.