Шумно вдохнув воздух, прикрыл веки, колеблясь.

— Мне это нужно, — не отступала она. — Позволишь?

Трепещущие пальцы, касаются моих губ, заставляя вздрогнуть и открыть глаза.

— Да, — инстинктивно слетает ответ против моей воли.

Что она со мной делает?

Даже не представляет, каких усилий мне стоит, чтобы удержать себя в руках.

Поцелуй — это начало моего конца. Моего и ее, если я сорвусь…

— Делай, что задумала…, - произнес, выдыхая, надеясь, что смогу себя контролировать.

Что сумею удержать в себе одержимого зверя, рвущегося на свободу и желающего ее сожрать.

Испуганно смотря на меня, стала приближаться к моим губам.

Как выстоять?

Я не могу… Просто сдохну к чертям…

Слова протеста глохнут, так и не сорвавшись с губ, чувствуя легкое касание.

Опиум. Гребаный опиум на моих губах выносит мозг. Разрушает броню, которую так долго и старательно возводил все это время.

Рефлекторно подаюсь вперед и понимаю, что это финиш…

Дрожь пробивает тело, а пальцы начинают атаку, притягивая ее к себе максимально близко.

Впиваюсь губами в ее губы, лишая кислорода себя и ее. Напрочь перекрывают нам доступ к спасительному источнику, бросая нас в пропасть. Втягиваю ее язык в свой рот, словно пытаясь высосать душу. Обрушиваю на нас ураган страстей, который все это время одолевал меня в одиночку. Довожу до изнеможения. Нежно. Мучительно долго. И, снова затягиваю в водоворот безумия.

Поцелуй? Нет… это был вовсе не поцелуй, а нечто другое.

Гремучая похоть. Апокалипсис. Борьба между разумом и бешеным желанием.

Сука. Что она со мной делает?! От одного касания ее маленьких пальчиков к моей шее, готов спуститься в штаны как прыщавый девственник.

Ее ласка, словно огонь, опаляла мою кожу. Оставляла ожоги, следы, которые отпечатывались на моем сердце.

Услышав ее сорвавшийся стон, понимал, что нужно остановить это безумие.

Вспомнить о контроле. О здравом смысле, но нет…

Я шел вразнос, окончательно потеряв способность держать себя в узде.

Она яд.

Травила меня. Дурманила разум. Заводя сильнее любой первоклассной шлюхи…

Трясет как в припадке, от предвкушения греховного удовольствия.

Жажда была настолько велика, что физически ощущал жжение на коже.

Изнывал от желания оказать внутри нее.

Звериное рычание вырвалось из моего горла. Подхватываю ее под ноги и впечатываю спиной в стену.

— Остановись, — задыхаясь шепчет она, разорвав наш поцелуй. — Это безумие…

Еще какое … Сокрушительное… Уничтожающее все то, что было ранее между нами.

— Не этого ожидала? — ухмыльнулся, не отпуская.

Я прекрасно понимал, для чего она пришла. Сравнить! Удостовериться в том, что чувствует… к нему… ко мне…

— Сама просила, — проговорил у ее губ.

— Просила, а теперь прошу остановиться, — сказала, испуганно смотря на меня. — Прости.

Хотелось смеяться в голос и крушить стены, разукрашивая в алый цвет.

Идиот. Кретин конченый. Она не моя и не для меня. Для другого…

Она права. Нам нельзя… Все кончится печально.

— Я встречаюсь с Никитой, — виновато проговорила она, опуская глаза.

— Поздравляю. Я очень рад, — улыбнулся и отпустил ее ноги на пол.

Отошел от нее на шаг, стараясь не выплеснуть на нее свой гнев и боль от сказанных слов.

— Я пойду, — поправив одежду, тихо проговорила она, пятясь к двери.

— Иди, — кивнул ей, пытаясь говорить, как можно равнодушнее. — Будет нужна еще одна проверка — звони, — кинул ей, злясь.

Ничего не ответив на сказанное мной, быстро покинула квартиру, но я все же успел заметить слезы в ее глазах.

Через секунду, как за ней захлопнулась дверь, первое попавшееся под руку полетело в стену где висела плазма, разбивая ее в хлам.

— Бл. дь! — крикнул в пустоту, обхватив руками свою голову.

Она больше не придет, и я больше никогда ее не увижу. Конец…

Сокрушающая мысль больно вонзилась внутрь, острой иглой в самое сердце.

Конец, с которым я не хотел мириться…

Не сейчас.

Позже я ее отпущу. Сам лично передам из рук в руки, а пока… она была нужна мне как воздух. Как кислород, без которого не мог прожить.

Ульяна.