Поэтому поставив их перед фактом, уехал на Родину сочетаться браком с любимой.

С той, которая была для меня как воздух, без которой просто не представлял своей дальнейшей жизни.

Весь этот год мы прожили в любви и согласии. Нашему малышу неделю назад исполнилось четыре месяца. Не мог нарадоваться своему новому статусу отца. С каждым днем прилагал максимум усилий чтобы мои любимые были счастливы и ни в чем не нуждались.

Отказал жене всего раз и на тебе…

Всегда же соглашался на любые просьбы свой малышки. Хочешь, чтобы та самая Марина, что едва не разрушила наши жизни, работала в моей компании? Пожалуйста. Хочешь, чтобы Никита, бывший ее жених, получил должность моего заместителя по вопросам поставок за рубеж? Пожалуйста. Лишь бы была рада и счастлива.

К слову, ребята действительно по факту оказались не плохими. Работали с полной самоотдачей, без косяков и всяких недопониманий.

Если с Мариной было все очевидно, сердце жены дрогнула и уже через пару месяцев она простила свою непутевую подругу, то с Никитой получилось все неожиданно.

Он сам меня нашел. Пришел и попросил заботится о моем Бурундуке.

Просить меня?! Серьезно? Но я был тронут до глубины души. Парень оказался не плохим. Учился на ценного специалиста. Подавал перспективные надежды. Ульяна упрашивала взять его в компанию и я, недолго думая, согласился.

Жизнь непредсказуемая штука. А сегодня еще и Ульяна решила продемонстрировать мне это во всей красе.

Вместо обалденного праздничного минета, на который я очень рассчитывал, она надула губки и упорно со мной не разговаривала. Воздержание длилось больше недели. День особенный. Радоваться надо, праздновать, трахаться как кролики, а тут такой облом…

Какого вообще хрена? Приплыли, блин…

Поднимаюсь с кресла, разминая шею и направляюсь к выходу, на встречу с бесконечной вереницей партнеров. На целый день погружаясь в дела компании, временно забывая о небольших трудностях, которые собирался разрешить уже этим вечером.

Возвращаюсь на парковку компании, когда солнце уже почти село. Спешу как могу. Пытаюсь как можно быстрее заскочить в офис, забросить необходимые к утру для юриста документы и гнать домой. Поздравлять любимую. Разбираться с утренними недомолвками и делать сюрприз. Моя малышка будет рада, когда узнает, что на утро у нас запланирован вылет на острова. Солнце, белый песок, океан и море секса…

Выбираюсь из машины. Быстрым шагом иду ко входу здания и замираю на одном месте.

Ульяна. Мчится как потерпевшая к парковке, рыдая в голос…

Твою ж мать! Разорву. Уничтожу любого, кто посмел ее обидеть.

Бросаюсь к ней. Догоняю прежде чем она скрывается за дверью такси и не в себе от ярости цежу сквозь зубы: — Какая мразь довела до слез? Покажи. Порву. Разотру в порошок.

Смотрит на меня сквозь слезы. Расчленяет своими заплаканными глазками.

Гребаный случай… Еще бы немного и не успел.

— Ты, — выдает она. Наносит единственным словом удар под дых.

Какого хрена? Непонимающим взглядом вглядываюсь в ее лицо, пытаясь переварить… Я понимаю, что должен был освободится раньше. Замотался. Пытался разгрестись с делами, прежде чем улечу с семьей на отдых. Виноват, признаю, но это вовсе не повод из-за чего нужно так рыдать.

— Милая. Ну прости. Я не хотел. Правда пытался, все сделать как можно быстрее и рвануть к тебе. Не получилось, — вытаскиваю ее из такси и оправдываюсь как пацан, только бы она не плакала. Не рвала в клочья мне душу.

— Твоя шлюха не пускала к семье? — тихо охреневаю от ее слов. — Так можешь снова к ней возвращаться. Не держу. Дом освободим завтра, чтобы вас не стеснять, — даже не смотрит на меня. Отводит глаза, закусив нижнюю губу.

Финиш! Просто треш какой-то.

— Какого х. ра ты несешь вообще? — не выдерживаю я. Хватаю за талию, не давая снова сесть в тачку.

И похрен, что водитель смотрит на нас как на веселую семейку. То и гляди побежит за поп корном.

Беззвучно выдыхаю и говорю, как можно спокойнее, чтобы не удивлять проходящий мимо народ. — Объясни мне милая, какого черта вообще происходит?

— Шалав своих называть так будешь, а про меня можешь забыть. И не смей больше приближаться… На развод сама подам, — каждое слово как серпом по яйцам.

Но самое интересное, что я так до сих пор и не понял, какая муха ее укусила.

— Мозгом поехала? — срываюсь окончательно. — Каких шалав? Когда мне их заводить, если я постоянно в офисе? Пашу, как лошадь.

— Правильно! В офисе. Трахаешься как жеребец с этой… как ее там? Кристина? Верно?! Секретарша твоя белобрысая с сисками до колен, — фурией орет она, не стесняясь зевак и водителя такси, наблюдающих за нашей сценой.

Таак. Уже яснее. Думает, что я ей изменял. С секретаршей. Вот черт!

— Уль, это не так. У меня на нее даже не встанет. Не изменял я.

Не мог понять с чего она вообще это все взяла? Как могла такое вообще придумать? К тому же без основательно. Ну и фантазия.

— Врешь! Нагло! Бесстыже. Глядя мне в глаза, мерзавец. Я только что сама все прекрасно слышала! — снова начинает рыдать, отворачиваясь. Пытается сесть в машину, но я хватаю за локоть. Держу крепко. Не пускаю.