— Влад — хороший человек. Он все узнает. Он не простит вас, — шепнула я, не узнавая в противном скрипе звук собственного голоса.

— Он не человек, девочка. И он простит. Пусть через сто, или больше лет. Я награжу его властью, о которой можно только мечтать. У него будут самые красивые женщины. Что ему такая, как ты? Забудет со временем. А я позабочусь, чтобы это произошло как можно быстрее.

Крики снизу стали громче. Мне даже показалось, что я слышу какой-то топот.

По лицу Холодной промелькнула тень. Алые глаза стали еще ярче. Она едва повернула голову, словно прислушиваясь к тому, что происходит внизу. Я же, воспользовавшись моментом, решила атаковать.

Сила, подчиняясь моему приказу, отозвалась на зов, потекла по венам, наполняя их магией. Воспользовавшись замешательством вампирши, я нанесла удар, сконцентрировавшись на одной Марго. Отчего-то мне казалось, что ее смерть принесет победу.

В последний миг, словно почувствовав что-то, за долю секунды до того, как огонь вырвался из моих рук, вампирша просто исчезла, и сила удара ушла в пустоту, опалив пространство рядом с гробом темного мага, который оказался защищен. Было похоже, что его словно окутывает прозрачный кокон. Ни дерево гроба, ни треклятый замок, к моему огорчению, не пострадали.

Я резко развернулась и, скорее повинуясь какому-то предчувствию, выставила перед собой руки, собрав щит так быстро, как только смогла.

Оказалось, вовремя.

Удар магии, который, возможно, убил бы меня, благодаря защите щита, лишь опрокинул меня назад, заставил отступить.

— Ты откроешь замок! — прокричала злобно Холодная, теряя терпение. — Базиль! — рявкнула она.

Я снова собрала силу. Сидя на каменном полу, сотворила огненные хлысты. Точно такими же я пыталась побороть Грозу. Но на этот раз они получились более мощными, длинными и не подпустили ко мне вампира, хотя он пытался прорваться, чтобы схватить меня.

Еще мешал ключ. Ах, как бы я хотела уничтожить его! И тогда, возможно, все бы прекратилось?

Мысль озарила голову и я, стегнув в сторону Базиля, сконцентрировалась на ключе, сжав его в обеих руках.

Расплавить, превратить в ком металла, как сделали это до меня. Мысль о б этом наполнила сердце надеждой, но ключ, несмотря на все мои попытки, остался прежним.

— Не выйдет, милочка, — рука с длинными когтями коснулась шеи. Обхватила, потянула назад.

Пламя погасло и в тот же миг ужасный удар в живот заставил меня согнуться пополам и выронить ключ.

Это Базиль, подоспев на помощь к своей госпоже, ударил меня ногой в живот.

Пространство вокруг потемнело, поплыло. Я ахнула, на миг задохнувшись от боли и нехватки воздуха. Показалось, что вампир выбил из меня дух.

Согнувшись пополам, с горечью поняла, что воительница из меня получилась никудышная. Все, чему меня учили, не помогло. Я лишь отстрочила неизбежное.

Холодная наклонилась и подняла ключ бросив:

— Его больше не уничтожить и не расплавить. Булат, темный кузнец, постарался, чтобы мы не повторили прежнюю ошибку.

Меня подхватили за ворот, подняли, грубо поставили на ноги.

Базиль дыхнул в лицо смрадом и усмехнулся. Это он теперь держал меня не позволяя упасть.

— Осторожнее, она опасна, — бросила Марго. — Не ожидала от девчонки подобной прыти. Страшно подумать, какой она стала бы, если бы приняла и обуздала свою силу.

Где-то внизу снова повторились крики и Марго сунула мне в руку ключ приказав:

— Открывай!

— Нет, — выплюнула я.

— Тогда сдохнешь, — прошипела женщина.

— И сдохнешь в мучениях, уж я-то тебе это могу пообещать, — продолжил за госпожой Базиль.

— Не выйдет, — все еще морщась от боли, ответила мужчине. — Чтобы вы получили мою силу и смогли открыть замок, меня надо убить. А я сильно сомневаюсь, что госпожа Холодная захочет долго ждать этого счастливого момента.

Сказала и сама поразилась собственной храбрости. Словно это говорила не я, а кто-то другой, чужак, живший внутри. Смелый, храбрый и осознававший свое положение.

— Глупая девчонка, — проговорила вампирша и развернула меня лицом к черному гробу, почти вырвав из рук своего помощника. Затем вложила снова в пальцы ключ и толкнула вперед.

Я сделала невольный шаг и наткнулась на место упокоения темного мага. Словно ощутив скорую свободу, гроб качнулся, завибрировал. В неожиданно наступившей тишине прозвучал гулкий стон, от которого каждая жила в моем теле превратилась в натянутую струну.

— Открывай, иначе, клянусь, я найду всех, кто тебе дорог и выпотрошу их, затем заживлю раны и повторю все снова, — рявкнула Марго.

И тогда я сказала ей то, за что мама бы меня ой как не одобрила.

Я никогда особо не ругалась, но тут вышло витиевато и мудрено, но очень оскорбительно.