Уже в комнате натянула джинсы и темную водолазку. Волосы собрала в конский хвост, перетянув бархатной резинкой. Взяла было в руку сумку и рюкзак, намереваясь выйти в коридор, когда комнату огласил звонок в дверь.

Кто бы это мог быть?

Я вышла из своей комнаты, но тут же увидела, что в коридоре уже стоит мама. Опередив меня, она открыла входную дверь и в квартиру вошел куратор собственной персоной.

— Доброе утро, Марина Александровна, — он кивнул, затем опустил взгляд и взглянул на домового, стоявшего рядом с хозяйкой дома. Федор запрокинул голову и тоже смотрел на колдуна. Оба молчали, затем домовой меня удивил. Он шаркнул короткой ножкой, как истинный церемониймейстер при дворе какого-нибудь короля, и чуть склонил голову.

— Доброе утро, Лада, — поднял взгляд Дима. — Вы готовы?

— Да, — я вышла. — Сейчас только куртку надену и обуюсь. — Поставив сумки у порога, натянула кроссовки, затем накинула куртку и посмотрела на куратора. Демитр же взглянув на мою маму, сказал:

— У нее будут каникулы и выходные, — сообщил он ей. — К тому же, у нас действует мобильная связь и есть интернет.

— Будем чатиться, — пошутила я и потянувшись к маме, обняла ее за шею.

— Не переживайте, Марина Александровна, уж я за Ладушкой пригляжу, — доверительно кивнул Федор.

Мама ответила на мое объятие, поцеловала в щеку и отпустила меня.

Часы на стене в коридоре показали ровно семь.

— Нам пора, — Демитр с легкостью подхватил мою сумку. Я взяла рюкзак. В нем лежали все мои самые необходимые вещи и в том числе компьютер. Без него в мире интернета, никуда.

— Вы позволите открыть портал в вашей квартире? — спросил у мамы куратор. — Сегодня перед домом очень людно, даже несмотря на такое раннее время. Не хотелось бы, чтобы нас с Ладой увидели.

— Конечно, конечно! — мама разве что руками не всплеснула. В ее глазах, помимо волнения за меня, ее драгоценную дочку, появилось выражение истинного любопытства, что и немудрено.

Это я уже видела портал и даже ходила через него. А для мамы все пока было в стадии сказки-рассказки.

Ну что ж, сейчас у нее такая возможность появится.

Я мысленно улыбнулась и приготовилась идти за Северским.

Колдун встал, очертив в пространстве круг. Незримая линия вдруг вспыхнула и воздух заколебался.

Покосившись на маму, увидела, как у нее расширились глаза, когда домовой первым шагнул в портал и исчез.

— Ох! — только и сказала мама.

— До встречи, Марина Александровна, — поклонился ей вежливо куратор и обратился ко мне, — Лада, только после вас.

— Мамуль, я вечером позвоню, — пообещала торжественно и вошла в портал.

Мы вышли прямо перед зданием общежития. Было раннее утро, но во дворе уже толпились местные студенты. Кто-то бегал по дорожке, кто-то спешил по тропинке к главному корпусу, а какая-то женщина вытряхивала на углу здания маленький коврик, при этом ругаясь и сетуя на фей. Коврик так и норовил вырваться из ее рук и взлететь в небо, чем меня, признаюсь, удивил.

— Идемте, Лада, — прозвучал в спину голос куратора. Я оглянулась. Демитр вышел из пространства с моей сумкой в руке и, не глядя по сторонам, направился прямо к входной двери, у которой уже стоял Федя.

— Вы будете делить комнату с одной из студенток академии, тоже первокурсницей, — сообщил мне мужчина и вежливо распахнув предо мной дверь, подождал, когда войду внутрь.

— Эй! Эй! — раздалось, прежде чем дверь отрезала нас от посторонних звуков.

Мы даже успели подойти к пустующему столику администратора, когда дверь хлопнула и нас догнала та самая женщина, которая вытряхивала ковер. Сейчас последний торчал у нее подмышкой, свернутый и вычищенный, но не оставлявший попытки вырваться.

— О, куратор Северский! — тут же выдохнула женщина и словно извиняясь, добавила: — Вы уж простите, не признала.

Она перевела взгляд на меня, затем приметила и Федора.

— Вот, значит, наша обещанная новенькая темная? — уточнила женщина.

— Лада, познакомьтесь, это смотритель общежития, точнее, одна из смотрителей, Купава Желановна, — представил меня куратор.

— Очень приятно, — я зачем-то протянула руку, — Лада.

Женщина, скорее всего, машинально взяла ее пожать и тут же вычищенный коврик вышмыгнул у не из-под мышки и воспарил к потолку.

— Ой, — проговорила я.

— Твою ж налево, — очень демократично высказалась Купава.

А имя-то какое странное. И еще, я заметила, у нее волосы отливают зеленью. И сама она круглая, как румяный пирог, хотя уже и не молодая.

Смотрительница неловко подпрыгнула, еще более неловко взмахнула руками, тщетно пытаясь поймать беглеца, затем было махнула рукой и объяснила, обращаясь к Северскому:

— Ребятки озорничают, поганцы! Вот, зачаровали мой коврик, ну я его под ноги кладу, чтобы не мерзли. А эти поганцы его знай себе пыльцой фей посыпали. Он возьми и взлети, да прямо у меня из-под ног! Уж я его выбивала, выбивала, а толку! Жди теперь, когда налетается и сам упадет, — она вздохнула.