— Малыш, вернись в кровать, — криво улыбается Назар. — Давай не будем всё портить. Говорил же, что путешествие не пойдёт тебе на пользу, как и работа. Видишь, какой нервной ты стала.

— Прости, милый, это всё ПМС, гормоны и отвратительная женская сущность. Мы же все истерички, — развожу руками и усмехаюсь, когда вижу, что Назар бесится. Впервые его уговоры не срабатывают. — Мне нужно побыть одной.

— Ты куда? — летит мне в спину, когда я достаю из шкафа майку с джинсами и запираюсь в ванной, чтобы переодеться.

— Это тебя не касается, — бормочу себе под нос.

Третий бунт за один месяц. Да я иду на рекорд!

— Ты поступаешь неразумно, — злобно говорит Назар, наблюдая за тем, как я обуваюсь.

— Я просто иду гулять. Это ведь не запрещено?

И, послав ему ослепительную улыбку, я выхожу из квартиры и внепланово оказываюсь на свободе. На улице льёт сильный дождь, а зонтик я не захватила. Ну и ладно. Всё лучше, чем терпеть снисходительное отношение Назара.

Я около часа бесцельно брожу по городу, не обращая внимание на холодный ливень. Одежда промокла насквозь, в кроссовках вода, влажные пряди прилипают к лицу, но мне наплевать. Я не чувствую сожаления или вины за содеянное. Назар считает меня ужасной помощницей, он совсем не верит, что я могу чего-то достичь. Так было всегда, но раньше я мирилась с его насмешками и пыталась соответствовать его требованиям. Больше не хочу. Достало.

Захожу в уютную кофейню и, заказав горячий чай, сажусь как можно дальше от людей. Что мне делать? Как вернуть то тепло и уважение, которое я испытывала к Назару? Он больше не кажется мне принцем на белом коне.

Дрожу и кутаюсь в плед, который мне приносит заботливая официантка. Зачем-то вспоминаю, как мы с Назаром впервые встретились, как он долго и упорно меня добивался, как помог с операцией, проявлял заботу и понимание, перед которыми я просто не смогла устоять. Тогда мне казалось, что мы станем идеальной парой, поженимся через годик и нарожаем детишек на радость маме. Только вот мечты так и остались мечтами.

Я не смогла полюбить Назара. Уважение, восхищение, огромная благодарность за оказанную помощь — всё это не заменит любовь. Мы даже на физическом уровне не сходимся. Теперь я это понимаю, мне есть, с чем сравнивать.

От этих мыслей хочется плакать, но я сдерживаюсь. Смотрю в окно, на грустный дождливый город, и крепко задумываюсь о будущем. Я не представляю себя без Назара. А вдруг мы ещё сможем всё исправить? Он ведь так сильно мне помог, столько денег потратил на лечение мамы! Я навечно перед ним в долгу. Нельзя принимать поспешные решения, особенно во время бунта.

Но как же мне нужен разговор по душам! Раньше я могла поделиться своими проблемами с Ликой, а сейчас я совершенно одна.

Достаю телефон и пролистываю список контактов. Палец останавливается напротив номера Альвины. Сестра Дамира, которую я ошибочно приняла за его любовницу. Мы с ней хорошо общались, но разве этого достаточно?

Лицу и шее становится жарко, когда я в очередной раз совершаю необдуманный поступок. Звоню той, кого почти не знаю.

— Привет тебе, незнакомец или незнакомка, — я уже и забыла, насколько жизнерадостный у неё голос.

— Привет. Это Илана. Прости за неожиданный звонок. Не отвлекаю?

— Нет, конечно. Я очень рада тебя слышать! Что-то случилось?

Первая мысль — всё отрицать. Притвориться, будто у меня прекрасная счастливая жизнь, а её номер я набрала просто так, от скуки. Но за несколько дней я научилась говорить правду, пусть и не всегда с первого раза. Поэтому юлить не собираюсь.

— Да. Я запуталась и не знаю, что дальше делать.

Альвина молчит, наверное, секунд тридцать, а потом спрашивает:

— Ты где? Давай встретимся, поболтаем нормально. Я по телефону не особо люблю трепаться.

И снова я хочу отказаться, спрятаться в свою пещерку и молча страдать, но губы выговаривают совсем другое:

— Я в кофейне «ДаблДекер», это совсем рядом с центральной площадью.

— О, знаю такую, там уютненько. Скоро буду.

Чтобы не сойти с ума от ожидания, я заказываю американо и кусочек бананового торта. Мне нельзя есть быстрые углеводы, но какая теперь разница? Одним килограммом меньше, одним больше — вес ничего не изменит в наших с Назаром отношениях.