Я беру с полки стеклянную статуэтку жирафа, верчу в руках и возвращаю на место.

Еще раз окидываю студию придирчивым взглядом. Зона для кухни - большая, светлая, обустроена хорошей системой вентиляции и вытяжкой. Не люблю, когда от меня пахнет чем-то кроме моего одеколона. Большая удобная кровать на небольшом возвышении. Есть аудиосистема, большой телевизор, удобный диван. Открытая ниша, куда можно будет убирать вещи, если захочу остаться здесь на ночь. В ванной - просторное джакузи, но маленькая душевая кабинка. С точки зрения «для жизни» я бы наплевал на джакузи в пользу просторной и продвинутой душевой, но это ведь не мне здесь жить. Для тех целей, с которыми я буду посещать это место, джакузи меня вполне устраивает.

Я поворачиваюсь к Виктории и уже не утруждаю себя тем, чтобы корчить улыбку, когда вижу перед собой это убожество. На данный момент единственная дешевая вещь в этом доме - она сама, и ее явно купленные на каких-то безобразных распродажах безобразные вещи.

Она переминается с ноги на ногу.

— Скажите, Виктория, если вам нравится эта квартира и вы определенно хотите ее - зачем искать еще какие-то варианты? И лицемерно делать вид, что они вам интересны.

На самом деле, это один из тех вопросов, с которых я планирую начать ее дрессировку. И чем быстрее она перестроится на новую волну, тем лучше. В свете последних событий с Никой, мне срочно нужно развлечь себя новой игрушкой. И чем сложнее будет задача, тем быстрее я смогу отвлечься от глубокого разочарования в другом своем «проекте».

— Ну?
– поторапливаю я.

Можно немного снизить градус любезности, потому что Викторию я уже купил с потрохами, хотя пока не вложил в нее ни копейки. Впереди самый главный экзамен, и только после него будет понятно, есть ли тут с чем работать или это одноразовая примитивная забава.

— Я просто подумала… - мямлит она. Сегодня как-то особенно тихая. Куда подевался боевой тон. Надеюсь, он не прорезается в ней только после пары рюмок алкоголя? С алкоголиками я дела не веду.

— Ладно, давайте я закончу, раз у вас язык спрятался в заднее место. Вы сейчас устраиваете никому не нужные игры в скромность. Почему никому ненужные? Потому что я предельно четко сказал, что вы можете выбрать любое жилье на свой вкус, ни словом не обозначив какие-то граничные суммы. А вместо этого вы ведете себя как девочка на первом свидании, которая хочет дорогой ресторан и устриц, но соглашается на дешевый кофе и черствый пончик.

Виктория, впервые за время нашего недолго знакомства, краснеет.

Точнее, покрывается пятнами, которые заметно проступают даже на той светлой части ее шеи, которая не покрыта тональным кремом. Мне придется очень постараться, чтобы сделать из этого что-то удобоваримое. Возможно, это будет даже интереснее, чем я думал вначале.

— Я хочу эту квартиру, Олег, - пытаясь выдавить из себя хоть каплю решимости, говорит Виктория.

— Хорошо, - широко улыбаюсь я.

Пришло время последнего экзамена на профпригодность.

Осматриваюсь, выбираю удобное кресло, усаживаюсь в него и выразительно пошире расставляю ноги. Она стоит на том же месте и пару раз порывается сделать шаг ко мне, но так и не добивается в этом успеха.

— Остался один маленький нюанс - и она ваша. Заодно и проверим насколько вы, Виктория, готовы к взрослому и долгому сотрудничеству.

Это первая подсказка. Первая и последняя, потому что не в моих правилах тащить из бабы то, чего в ней нет. Если тёлка готова быть содержанкой - все, что нужно делать и как это нужно делать, ей подскажет инстинкт. Если Виктория будет и дальше корчить непонятки - этот вопрос я для себя закрою. Хотя с настроением в последние недели такая жопа, что я бы предпочел иметь возможность отрываться уже сейчас.

— Риэлтер приедет через пятнадцать минут, - напоминает она, но все-таки неловко подвигается ко мне.

— Значит, вам придется уложиться в это время.

Она опускается на колени, тянется к пряжке ремня.

Я даже пальцем не шевелю, чтобы ей помочь.

Виктория справляется за девять минут. Сидит передо мной, сложив руки на коленях, как прилежная ученица, но правда в том, что ей это не идет. У некоторых женщин блядство и ебливость написаны на лбу, и Виктория - как раз тот случай.

— Наверное… - Она тянется к пуговицам на блузке, но я отмахиваюсь от ее порыва.

Встаю так резко, что Виктория только в последний момент успевает опереться на руку и не упасть. Поправляю одежду, чувствуя легкое расслабление. Не лучший минет в моей жизни, прямо скажем. Почему-то в памяти всплывает та мулатка из обслуживания отеля в Монте-Карло.

— Виктория, что бы вы там себе не придумали про наши отношения, но трахать вас у меня нет никакого желания.
– Я оглядываюсь, чтобы насладиться ее ошарашенным и униженным видом. Вот, это куда приятнее, чем отсос на «троечку».
– Наши с вами отношения будут лежать в другой плоскости, но будьте готовы иногда повторять сегодняшнее.

— Я не понимаю.

— Вам пока и не нужно.

Наш разговор перебивает риэлтор.

Сделку мы составляет прямо на месте - я вношу задаток за три месяца, а Виктория вписывает во все документы свое имя, везде ставит подписи. Предпочитаю не светиться лишний раз, хотя даже если бы наша связь когда-нибудь всплыла, у меня есть десяток проверенных способов как с легкостью это замять.

— Вот, - оставляю на столике сумму наличными, - я хочу, чтобы к концу завтрашнего дня вы перевезли вещи, сходили в хороший салон и привели себя в порядок. И обязательно купите красивое дорогое платье и туфли. В субботу у меня важный деловой ужин, и вам нужно на нем присутствовать.