— Джинна, что это за танцы? — строго уточнил Марк. До встречи с Гнем было еще несколько минут, и это не повод отменять маневры третьего дивизиона.

— Хотела на практике опробовать новую тактику, — отозвалась девушка, активно кося глазами куда-то в сторону, на окружающие ее капитанский ложемент голоэкраны.

— И в чем смысл? — Стандартная тактика хороша тем, что она… стандартна. Этим же и плаха. Но задумка Джи от него ускользала.

Джи замолчала, пытаясь подобрать объяснение, но вскоре сдалась:

— Сложно объяснить это на пальцах. Лучше я скину тебе файл с симуляцией. Я проделывала моделирование, получалось неплохо, но нужна согласованность действий всех кораблей. Вот ее я и пытаюсь достичь. Это в симуляции все просто — выставил нужные параметры и наслаждайся процессом.

— Ладно. — Марку стало понятно, что ничего непонятно. Но время терпит, кто знает, может из задумки Джи выйдет толк. Да и все основные маневры корабли третьего дивизиона уже отработали на отлично. — У нас гости, — добавил он. — Так что я скоро отключусь.

— Вижу! — На губах Джи появилась шкодливая улыбка и Марк сразу заподозрил что-то неладное. — Мне прекратить маневры и вернуться на «Октавиан Август»? — невинно уточнила девушка.

— Нет, продолжай, — решил он.

Еще раз шкодливо улыбнувшись, Джинна вывела вместо себя изображение «Вдоводела», медленно идущего в сторону орбитальной крепости.

Она знала, что Марка злит ее показное внимание к Гнею де Велот. Но не могла отказать себе в маленьком удовольствии подергать тигра за усы.

Сделав вид, что внимательно читает послание, Марк краем глаза следил за лицом Гнея. Неужели все удалось? Одно то, что новый граф дома Велот бросил все и примчался в Гемину говорило о многом.

— И что ты обо всем этом думаешь? — нетерпеливо спросил Гней, прохаживаясь по каюте «Октавиана».

Умей он читать мысли, то очень бы удивился. Но такими навыками Гней Серт де Велот не обладал, а лицом Марк владел идеально, не давая просочиться наружу даже тени охвативших его эмоций.

Как же это восхитительно, когда все происходит ровно так, как ты задумал! Марк прикрыл глаза. Ему казалось, что они должны светиться от радости. И этот нездоровый блеск — то единственное, что невозможно спрятать.

Одно маленькое письмо в два абзаца. Ни единого доказательства — сплетня, слух, домыслы, сложенные буквами в слова. А каков эффект! Гней сомневается, а значит — Марк уже победил.

— Стройная теория, но только теория, — ровно заметил он, задумчиво погладив пальцами переносицу. — Доказательств у тебя, как я понимаю, нет?

— Будь у меня доказательства, разговор был бы иным, — гневно сжал кулаки Гней. — И не с тобой, а с баронессой Оделией.

— Не горячись, — степенно осадил его Марк. — Все, что написано в данном письме, можно подогнать под любой дом твоего вассала. Даже под дом Фобос.

Гней замер, обдумывая сказанное. Почему такая простая мысль не пришла ему в голову раньше?

— Ты прав, — согласился он. — Это может быть и провокацией. Но тогда она гениальна!

Марк даже немного засмущался. Приятно, когда хоть кто-то способен оценить твою гениальность. И этот кто-то не твое отражение в зеркале.

— Нет ничего дурного в том, чтобы подвергать все сомнению, — мягко продолжил он. — Да и значение имеют действия, а не слова.

Выпущенная стрела попала точно в цель.

— Вот именно — действия! — Сжимая и разжимая кулаки, Гней вновь прошелся по каюте, а затем упал в соседнее кресло. — Последняя строчка сообщения: «Баронесса вызовет в дом Велот свою дочь и попытается остаться рядом с ней». Все сходится! Забери меня пустота! Лидия уже должна лететь в Велот, а моя будущая теща даже не думает улетать!

Марк в очередной раз мысленно похвалил себя за великолепный анализ действий баронессы дома Редор. В данном случае Оделия ошиблась.

— То, что она хочет на тебя влиять, вовсе не означает ее причастность к гибели твоего отца, — продолжал увещевать он, прекрасно понимая, что эти слова действуют на Гнея не хуже ударов кнута.

— Убийству! Мерзкому, подлому убийству! — вспыхнул Гней. — Называй вещи своими именами.

— Не означает ее причастности к убийству, — легко согласился Марк. — Даже если это правда, — неуверенно добавил он, всем своим видом показывая, что считает ровно наоборот. — Надеюсь, ты не станешь отыгрываться на дочери баронессы.