— Ты всех принял? И что теперь делать с таким количеством абордажников? — Расхаживая по каюте, Джи сыпала вопросами, словно отбивающая ракетную атаку оборонительная турель снарядами. — Абордажные группы всех кораблей заполнены. Где ты их разместишь? В крепости? И как обеспечить их лояльность?

Все корабли страдают из-за вечной проблемы — кубометража. Даже лидеры прорыва, экипажи которых могли доходить до тысячи человек, ограничиваются несколькими десятками абордажников на борту. В основном из-за стоимости снаряжения абордажной группы, но и фактор кубометража влияет. Обычно число абордажников соответствовало количеству десантных челноков, которые способен вместить корабль. Для «Октавиана Августа» это три абордажные группы, Для «Волчицы» — две. Содержать больше — слишком дорогое удовольствие. В Пространстве Благородных домов ходила практика держать большую часть тяжелых абордажников, иногда называемых рыцарями дома, на орбитальной крепости. Выделяя их на корабли только по мере надобности. Но в обновленном флоте дома Фобос все тяжелые корабли и большинство легких крейсеров имели полный комплект команд абордажа.

— Ты еще помнишь малые грузовики типа «D-501», которые мы переделывали в десантный транспорт? — спросил Марк, лениво наблюдая за перемещением девушки. После душа, Джи в очередной раз не стала утруждать себя набрасыванием хоть какой-то одежды. Только маленькое полотенце, обернутое вокруг талии, призывно колыхалось при каждом шаге.

Джи остановилась. Тонкие губы изогнулись в самодовольной усмешке.

— По моей, между прочим, наводке, — гордо напомнила она.

— Да-да, но дом Фобос в моем лице щедро оценил все твои заслуги, — проигнорировав явное передразнивание, Марк намекающее посмотрел на небрежно брошенный на постель скаф, украшенный новенькими, сверкающими — Джи не ленилась их начищать каждый день — знаками флаг-адмирала ВКС дома Фобос. — Так вот, два таких переделанных десантных транспорта висят на орбите Гемины.

— Фаири не нашел покупателя? — удивилась Джи, явно потеряв нить разговора. С ней подобное случалось, когда девушка слишком глубоко проваливалась в собственные мечты.

— Нет, я просто не стал их продавать. Содержание этих кораблей обходится недорого. А десантные корабли могут пригодиться. Дополним наших новых абордажников равным количеством своих, добавим к ним полторы тысячи бойцов планетарной обороны в «Драгунах» и у нас будет десантная бригада, способная при удаче и поддержке взять даже орбитальную крепость дома.

— Орбитальную крепость? Это будет бойня! — скептически заметила Джи, эффектно тряхнув рыжими локонами.

— Не принимай мои слова буквально, — отозвался Марк, продолжая ленивую медитацию на ее длинные ноги. — Я не Гней, чтобы лезть в лобовые штурмы орбитальных цитаделей. В графстве Лерн достаточно целей для абордажа.

— Шверт…

— Что?

— Ты хотел сказать, что в графстве Шверт достаточно целей для абордажа. Графство Лерн — наш союзник, — напомнила Джи, смутно догадываясь, каким будет следующий ответ.

На губах Марка заиграла предвкушающая и такая самодовольная улыбка, что ей захотелось его ударить. Это стало привычной реакцией, практически инстинктом.

— Конечно, — заметил он, прерывая медитацию на ее тело и, закрыв глаза, расслабленно развалился в кресле. — В графстве Шверт тоже достаточно целей.

Брови Джи поползли вверх.

— Ты… — она не успела закончить вопрос, потому что в дело вмешался Август.

— «Малышка» прибыла в систему, — сообщил искин, выполняя приказ высшего приоритета.

— Что-то он рано, — открыв глаза, Марк недовольно посмотрел на коммуникатор. — Я ждал его не раньше сто тринадцатого. Установи связь.

— Мне уйти? — помахала рукой Джи.

— В таком виде? — хмыкнул Марк, вновь против воли любуясь спортивной фигурой девушки.

— Думаешь слабо? — она вернула ему усмешку, подошла к дверям и протянула руку к консоли доступа.

— Не стоит травмировать психику моих офицеров, — остановил ее Марк. — Август, где связь?

— Идет соединение. Связь установлена.

За полгода службы на благородный дом Фобос, вольный торговец и невольный шпион, капитан «Малышки» Патор Гера обзавелся не только внушительными связями в подсекторе, но и внушительным животом. Он и раньше страдал от лишнего веса, но теперь в обтягивающем скафе выглядел столь нелепо, что начал носить поверх него какой-то пестрый халат, с цветочным узором.

— Ваша Ми… — глаза Патора расширились, лицо пошло красными пятнами, видимо камера поймала не только Марка, но и Джи, — …лость. — Пересилив себя, все же сумел выдавить вольный торговец. Но взгляд его не фокусировался на лице Марка, а блуждал по краю доступного изображения.

Не обращая внимания на еще одного свидетеля, Джи прошествовала от дверей к постели, на которой был разложен ее скаф. Полотенце полетело в сторону.

— Август, камеру на меня, — приказал Марк, почувствовав укол ревности.

Патор перестал косить глазами, подобрался, сглотнул, усмехнулся и помахал рукой в камеру.

— Снова встретились, Ваша Милость, — сказал он, сделав рукой, что-то вроде небрежного, приветственного салюта. Показывая, что делает большое одолжение, разговаривая с Марком.