Весь день я провел в ожидании, когда вот-вот смогу ощутить знакомый всем спортсменам момент сладостной ломоты в мышцах после хорошей тренировки. А вчера она у меня была не просто хорошая, а нереальная. И, казалось бы, сегодня мне только умирать, но нет. Тонус тела на высоте, чего не скажешь о мозгах.

Ближе к пяти вечера ко мне домой пришел Петр. Племянник Палыча мужиком оказался решительным и где-то даже суровым. Внешний вид этакого братка из девяностых. Лысая голова, глубоко посаженные глаза и явный след качалки. Мужик ростом был на полголовы выше меня, а килограмм в нем явно под сто двадцать. Но всё это буквально терялось, когда он заговорил. Я аж когнитивный диссонанс словил. Вежливый, спокойный мужчина, даже, слегка робеющий. Не было в нем ни напора, ни даже тени агрессии.

Разговор наш затянулся на целый час. Под чашечку кофе пробежались по основным моментам того, чего я хочу добиться. Петр, а Петей его назвать язык не поворачивался, задавал много уточняющих вопросов. Ну а некоторые мои ответы даже записывал в небольшой блокнот.

По итоге кандидатуру Палыча одобрил. Его племяш мне понравился, как человек. Он навскидку предложил несколько организационных идей, чтобы, как он сказал, войти в это дело с двух ног. На него я перевел и подбор персонала. Хотя по сути много нам и не надо. Тем более на первых порах. Петр обещал всё сделать в лучшем виде и собственно на этом мы попрощались.

Проводив гостя, я ради чистоты эксперимента снова отправился в спортзал. Картина получилась идентична вчерашней. Веса не запредельные, обычные для меня, рабочие. Но это абсолютно не имеет значения, когда раз за разом количество повторений остается тем же. Причем я пробежался по всем доступным тренажерам. Приседания? Да пожалуйста! Пресс на наклонной? По пятьдесят раз смело, повторение за повторением. Подход за подходом.

И снова тренировка затянулась. Сегодня на пять часов, до самого закрытия зала. Почувствовав легкую усталость, попытался её догнать. Не смог. Дальше уже началась моральная усталость, которая просто-напросто давила повторениями. В какой-то момент понял, что всё это превратилось в рутину, и на этом решил закончить.

До отъезда в Питер походы в спортзал не прекратились. Четыре дня без перерыва и без боли после. Странно это и непривычно. Когда нет боли после тренировки, ощущения прогресса тоже нет.

И как-то за всем этим совсем вылетел из головы амулет, что лежит в мешочке с рубинами. Руки до него добрались только перед самым отъездом, так как уезжать я планировал с ним.

Удивился ли я, достав его и увидев бледно-зеленый цвет камешка в центре? Скорее нет, чем да. Чего-то подобного и ожидал увидеть. А вот сами рубины удивили. Точнее их количество, что сократилось вдвое. Вывод тут нарисовался сразу, и даже думы городить не пришлось. И вывод этот мне нравился.

Питер себе не изменял. Конец декабря, мокрый снег и пронизывающий до самых костей ледяной ветер. Хорошо, что здесь я проездом. Правда, в Москве наврятли лучше.

Как оказалось — лучше. Отличия прямо-таки разительные. Чистое небо, яркое солнце и даже ветра нет, пусть градусник и показывает каких-то двенадцать градусов.

Сегодняшний день не стал исключением в привычном маскарадном ритуале. Настроение у меня было хорошим, даже чересчур, так что к Ратнеру я заявился с улыбкой во все тридцать два зуба.

— Екатерина, добрый день, — улыбнулся я девушке, что сегодня была за продавца. — Это вам.

Шикарный букет она встретила взглядом, полным иронии.

— И вам добрый, Юра, — всё-таки соизволила она ответить. — Я не люблю розы, но спасибо.

Наверно, не будь у меня хорошее настроение, расстроился бы, а так только плечами пожал, выкидывая из головы лишнюю информацию.

— Алексей у себя? — спросил, как только букет оказался в вазе.

Причем, изначально я думал, что она куда-нибудь его уберет, но нет, взгромоздила прямо на витрину справа от себя.

— Где ж ему еще быть, — ненароком вздохнула девушка. — Проходите, думаю он уже увидел, что вы пришли.

Странная она. Местами холодная и немного стервозная, а местами наоборот эмоции сами собой прорываются наружу. Но красивая, этого не отнять. Причем не такой красотой, которая на обложках журналов, а больше естественной, настоящей. Без тонн косметики, вычурных нарядов, и даже украшений. Их на девушке я вообще ни одного не видел. Хотя, казалось бы, кто её отец и чем занимается.

Ратнер меня и правда уже ждал. Даже кофеварку включил, от чего терпкий запах разнесся по кабинету.

— Юрий! Рад тебя видеть! Проходи, не стой столбом, — в этот раз мужчина был в хорошем расположении духа. — Как тебе сегодняшняя погодка? Двадцать второе декабря, а такое чувство, будто ранняя весна.

— О да, — улыбнулся я, пожимая протянутую ладонь. — Погодка и правда шепчет.

Пустой незначительный треп не о чем растянулся на целых двадцать минут. Ратнер даже по букету прошелся, что я подарил его дочери. Причем поблагодарил так, будто я сделал что-то из разряда вон. Аж немного неловко стало.