— Ну-с, показывай, — потер он ладонями, когда мы наконец перешли к делу. — Признаться я уже в предвкушении.

— О, поверь, сегодня не разочарую, — хмыкнул я, доставая пару камешков.

В качестве основного блюда были именно они, те самые, что остались после летучих мышей переростков. Не совсем, конечно, летучих, скорее злоебучих, но всё же.

Пакетик Алексей открывал с пиететом. Словно камешки это величайшее сокровище всего мира.

— Хороши, — цокнул он восторженно. — Как я понимаю, по чистоте всё на том же уровне?

— Ну, — почесал я нос, — шкатулка всё та же, так что скорее всего да. Но лучше всё же проверить. А то, кто его знает.

— Вот за что я тебя уважаю, так это за искренность! — рассмеялся Ратнер. — Погоди секунду, сейчас гляну.

В этот раз мне показалось, что он смотрел больше для галочки. Прошло буквально две минуты, как Алексей с довольной улыбкой вернулся на место. Мужчина упер руки локтями в стол, сложил ладони в замок и опустив на них подбородок, выжидающе уставился на меня.

— Десерт, пожалуйста, — произнес он с таким тоном, будто всю жизнь этого ждал.

Я же только бровь приподнял, слегка афигев от такого поворота.

— Настолько всё плохо? — хмыкнул я немного озадаченно.

— Нет, нет, что ты, — мотнул он головой. — Камни отличные, сказал бы, даже очень. Но если их ты достал первыми, значит, на десерт есть что-то более выдающееся! Хотя, признаюсь честно, даже эти образцы заставляют меня, хм, пусть будет удивляться. Но, если даже их ты не счел достойными быть десертными блюдом, то я даже боюсь представить, что именно ты припас напоследок.

Всё это Ратнер говорил с таким блеском в глазах, что я невольно почувствовал себя не в своей тарелке. Хотя и прекрасно понимал, что весь этот нездоровый энтузиазм направлен отнюдь не на меня.

— Как бы у нас с вами от этого десерта жопа не слиплась, — проворчал я. — Как думаете, насколько подобный камень заинтересует даже не покупателя, а тех, кому он не достанется?

Когда на столе оказался рубин в виде восьмиконечной звезды, Алексей замер. Хотя нет, скорее застыл. Даже дышать, кажется, перестал. Лицо превратилось в восковую маску, по которой что-либо прочитать не получилось бы, даже умей я это делать.

— Позволишь? — отмер он наконец, сначала протянув руку к камню, но после её одернув.

В ответ я только пожал плечами, стараясь всем своим видом показать, что для меня это вполне себе обычное дело. Хотя держать под контролем собственные эмоции удавалось с трудом. Ведь это нихрена не обычное дело! Особенно после столь яркой реакции со стороны человека, как раз-таки специализирующегося на ювелирке.

Смотреть за метаморфозами на лице Алексея было забавно. По крайней мере до того момента, когда вся веселость из его глаз ушла.

— Знаешь, пожалуй, ты прав, — выдохнул он, почесав затылок. — Как ты это правильно заметил, интерес будет у многих. Особенно у тех, кому он не достанется. Тут ведь какое дело, подобных форм в природе не встречается. Тем более таких идеальных. Все будут думать, что он искусственный, ну либо ограненный, а это тоже немного срезает в ценности. Здесь же, насколько я могу судить по предыдущим образцам, имеет место быть настоящий феномен. Боюсь, я даже примерную цену назвать не смогу. Да и сама продажа может стать проблемой. Единственное, что приходит на ум, так это анонимный аукцион. Так останется хоть какой-то шанс, что проблем у нас не будет.

Помолчали.

Наверно, мысли у нас были одинаковые. И хочется и колется.

— Первые два камня уйдут миллионов за сорок, — прервал затянувшуюся тишину Алексей. — Может чуть больше. Даже скорее всего больше. И тут проблем никаких. Тридцать я переведу сразу, остальное, как обычно, уже после, непосредственно, продажи. А вот, что насчет звезды, тут у меня просто нет таких денег в свободной кассе. Тут цена может быть и пятьдесят миллионов и все сто. Ты как, доверишь его мне без аванса?

Вот же ж… еврей волосатый. Хотелось ругнуться более грубо, но не стал. Эмоции держим под контролем, ничего такого не случилось.

— Помнишь в нашу самую первую встречу я говорил о доверии? — спокойно поднял я взгляд на мужчину. — Точнее о взаимном доверии. Так вот проблем здесь не вижу. Продашь, тогда и рассчитаешься.

Ратнер кивнул. Не было на его лице больше и тени веселости. Серьёзное, сосредоточенное. Да и нервное постукивание пальцев о стол выдавало его с головой.

После он спохватился и полез в телефон. Пара минут и уже мне пришлось доставать свой девайс, на который пришло сообщение о зачислении денег.