Почему?

Да потому что манекены исчезнут буквально через несколько секунд, и для того, чтобы атаковать их все, не хватит никакой скорости. А если попытаться применить мощную атаку, можно разнести весь зал к чёртовой матери.

Вот и думай…

Стоп. Только теперь до меня дошло.

Аксёнова специально вытворила эту хрень, зная, что я кровь из носу обязан ей помочь. То есть, она была готова поступиться собственным местом в академии, лишь бы испытать меня. Переложить всю ответственность со своих хрупких плечиков, на мои.

Хех.

Та ли эта Аксёнова, что плакала пару дней назад возле кабинета?

Определённо та. Но теперь — без притворства.

Ну, что ж. Раз ты такая смелая, то я покажу тебе, что я ещё смелее. И не только смелее — но и умнее.

Сейчас я был максимально сконцентрирован и мозг мой работал на полную мощность. Поэтому вся окружающая обстановка воспринималась как бы в замедленном темпе. Я поглядел на улыбающуюся Аксёнову и тоже ухмыльнулся. Девушка не спешила с дальнейшими действиями, и просто стояла, спрятавшись за манекенами.

Я поднялся со скамейки и шагнул в сторону. Между мной и замдиректора находилась платформа, усыпанная манекенами — меня нельзя было увидеть. Поэтому я спокойно поднял над собой раскрытые ладони и закрыл глаза. Сконцентрировался, и активировал свою вторую, и самую сильную энергию — Литеру.

Литера — это стихия, доступная далеко на каждому. Её могут использовать только те люди, Буква которых имеет ранг выше шестнадцатого-семнадцатого. То есть, начиная с Букв «Я», «Ы», и выше. А всё дело здесь в частоте использования Букв. Если частота их использования 2 процента и ниже — только тогда ты способен овладеть Литерой.

Впрочем… далеко не все люди, имеющие высокий ранг Буквы, способны ею владеть. Это ужасно сложная стихия. Только истинные профи умеют ей орудовать. Это настоящее искусство.

Но что же Литера позволяет делать?

Вопрос сложный. Никто до конца не знает пределы её возможностей. Но одно можно сказать точно. Литера — это чистейшая энергия, напрямую связанная с самой природой Букв. Это, так сказать, силовое воплощение Буквы.

С помощью Литеры, например, можно использовать телекинез. Или создавать иллюзии. Или… в общем, как я и сказал, возможности Литеры не ограничены. С ней можно творить всё, что только можно. Другое дело, что это «всё, что только можно» ты должен тренировать месяцы и годы напролёт. И то, не факт, что что-то выйдет.

К слову, именно благодаря ей я и попал в этот мир. С помощью Литеры я освоил специальную технику, позволившую мне переселиться в новое тело. В тот самый день я перенёс сознание в лиминальное пространство, и блуждал по нему, пока… ладно, сейчас не об этом.

Так вот, одно из моих умений, которое я активирую с помощью Литеры — переселение. Я способен на время вселяться в тела других людей, и управлять ими. Это я и собирался сделать, дабы завершить испытание за Аксёнову.

Как известно, магическая, то есть Буквенная сила содержится не иначе, как в сознании человека. И поэтому, когда я переселяюсь в чужое тело, со мною остаётся и моя сила.

Где в этот момент находится сознание самого реципиента? Оно, как бы, блокируется на время. Но это не единственный вариант. Например, при переселении в тело Андрея ещё из того мира, я ничего не блокировал. Я просто временно сосуществовал с ним в одном теле. Также, и это более сложная стадия, можно отправить сознание реципиента уже в моё тело. Но это мне незачем.

И вот, я активирую Литеру и вселяюсь в тело Аксёновой…

Делаю это ровно в тот момент, когда манекены уже начинают задвигаться обратно. Программа вот-вот дала сигнал, и крепления, на которых держатся манекены, потянули их вниз.

В моём распоряжении — секунда.

Я завожу руку за спину для размаха, и присаживаюсь, выставляя вперёд правую ногу. В ладони вырастает очень длинная солнечная катана. Её длина примерно соответствует диаметру платформы. И, напрягая все мышцы данного тела, я начинаю крутиться на одной ноге, срезая все окружающие меня манекены.

Как раскалённый нож по маслу, катана без проблем кромсает пластмассовую толщу. Последний манекен уже почти было скрылся, но и его я успел задеть, снеся половину башки.

Этому приёму меня научил мой хороший японский друг. Он профессионально владел катаной, да и вообще, был прекрасным самураем.

Я взглянул на испуганную Алевтину Игоревну. Она выглядывала из-за стола, боясь, что в её сторону прилетит очередная часть тела. Из-за этого по моему лицу невольно поползла улыбка.

Стоп, что значит по моему? Я же в теле Аксёновой!

Оборачиваюсь в противоположную сторону и вижу, как моё настоящее тело лежит на полу, как кусок безвольного мяса.

Стоило бы мне поскорее вернуться обратно, но…