Он не ответил, смерил долгим суровым взглядом и резким движением приник к пульсирующей на шее венке.

Горячее дыхание порадило мириады мурашек на карамельной коже. Игорь подхватил её за бедра и усадил на столешницу большого кухонного острова. В мгновение ока оказавшись между широко разведенных ног. Жадные руки заскользили по ним чуть царапая.

Маша прибывала в шоковом недоумении. Смотрела широко распахнутыми глазами, не в силах пошевелиться или что то сказать. Сейчас Касинский был совсем не похож на себя. Глаза почти чёрные, влажные губы блестят, черты лица стали острее.

Он положил руку ей на горло и легонько сжал, а как только девушка приоткрыла губы набросился на них яростно лаская.

Маша неумело отвечала, чем доводила Игоря до дрожи.

Короткая юбка-солнце — сомнительная приграда, как и тонкие влажные трусики. А он мог поспорить на все сокровища мира, что они влажные.

Держать себя в узде и не трогать девчонку и дальше, становилось сложнее с каждым днем. Она сама напрашивалась, провоцировала.

Рука с шеи скользнула вниз и замерла на груди. В ладонь упирался твёрдый камушек набухшего соска.

Чертовка не просто хороша собой, она фантастически сексуальна. Манящая, доступная, без тени жеманства.

— Игорь, отпусти…

Она не просила, стонала. Тихим хриплым голосом.

Пришлось стряхнуть внезапное наваждение и поставить девушку на пол.

— уезжай. — просипел мужчина отвернувшись спиной.

— но мы не поговорили!

— я все сказал.

— а я нет!

Повисло тяжёлое молчание. Оба тяжело дышали. У Маши тряслись ноги, Игорь судорожно сжимал и разжимал пальцы.

— я ничего не понимаю. Ты то холоден, то набрасываешься на меня.

Она говорила ровно, спокойно, без притензий и обид. Просто констатировала, пыталась понять.

— а чего ты хочешь? — вдруг обернулся он, — хочешь гулять за ручку под луной? — Игорь был зол, скулы натянуты, желваки ходят, глаза не добро блестят, — или хочешь чтобы я тебя трахнул на этом столе? — он говорил тихо и вкрадчиво, но в конце стукнул кулаком по каменной столешнице, от чего Маша дернулась в сторону.

— нет! — голос девушки предательски дрожал и срывался на мерзкий писк, — просто оставь меня в покое!

— нет.

Касинский развернулся и неспеша направился обратно на второй этаж, туда где шумели голоса. Уже на лестнице буркнул что-то в трубку.

Через мгновение в дверях возник водитель и жестом пригласил Машу к выходу.

Странная во всех отношениях встреча была окончена.

Следующие несколько дней он не объявлялся.

Володино плечо уже чувствовало себя весьма сносно. Нагрузки все ещё были под запретом, но ортез уже пару дней пылился в шкафу, а в быту рукой можно было пользоваться. Наконец-то, спустя почти три недели, он чувствовал себя полноценным человеком.

Более того, после разговора с Машей, Бизин внял просьбам врачей и тренерского состава и вернулся в реацентр. Тут дела пошли ещё лучше.

С помощью физиотерапевта он начал аккуратно разрабатывать мышцы и стал ощущать как в ослабшие пальцы возвращается сила.

Машу он за это время видел лишь мельком, один раз. Но каждый вечер украдкой посматривал на тёмные окна её комнаты.

Вот и сейчас он стоял на балконе и думал о работе пока взгляд блуждал по верхушкам тёмных деревьев, крышам соседних построек и кованым балкончикам административного корпуса.

Мужчина даже не сразу заметил тонкий силуэт. А когда, наконец, сфокусировался на тёмной фигуре, она подняла руку и махнула ему.

Соблазн был столь велик, что Володя даже не задумался ни на секунду.

Меньше чем через две минуты парень стоял под Марусиным балконом.

Она не знала зачем помахала ему. Может он и вовсе бы не заметил её.

Но увидев Владимира как то интуитивно вскинула руку в приветственном жесте.

Он махнул в ответ и тут же скрылся в комнате, а Маша почувствовала себя идиоткой. Особенно неловко стало, когда он появился из стеклянных дверей холла и быстро пересёк двор, направляясь прямо к ней.

— привет! — весело разорвал тишину густой бас, — прогуляться не хочешь?

Девушка почти ляпнула "очень", но вовремя сдержалась и просто кивнула, перепрыгнув через железную ограду.

— ловко ты! — заметил Бизин с широкой улыбкой, — пойдём на речку?

— пойдём

— комары не сожрут?

Он обвел скептическим взглядом её наряд. Короткие трикотажные шорты и майка на тонких лямках мало что скрывали от взгляда и от настырных насекомых.

— ща!

Маша быстро развернулась и так же стремительно забралась обратно на балкон.