Большого труда стоило убедить совет директоров, что молодой наследник достоин такой чести и не развалит компанию за пару месяцев. Пришлось взять эмоции в узду и в кратчайшие сроки из мальчика-студента превратиться в мужчину, твёрдого и несгибаемого. И пока его однокурсники кутили по кабакам и развлекались в клубах, Алекс, переведясь на заочное отделение, вникал в новые обязанности и налаживал работу компании, пошатнувшуюся после гибели прежнего гендиректора. Так прошёл почти год, и Алексей параллельно с работой успешно окончил второй курс.

Дедушка, здоровье которого и так оставляло желать лучшего, после гибели сына совсем сдал. Год он ещё как-то продержался, а потом у него случился сердечный приступ. Это произошло во время одного из собраний акционеров, где дядя решил немного покачать права и гнул свою линию, не желая считаться с остальными. Дед на него прикрикнул… и, схватившись на грудь, почти упал в кресло, благо один из присутствовавших мужчин, отец Дениса, успел поддержать.

Алекс ничего не сказал сестре, не желая дёргать с учёбы, только бабушке сообщил, и ринулся в больницу вслед за каретой скорой помощи. Несколько часов спустя (после томительного ожидания и протаптывания плеши в ковровой дорожке коридора) кризис миновал и к пациенту пустили посетителей, но разрешили заходить по одному. Первым позвали Алексея, и он, оставив в коридоре заплаканную Лику и бабушку, вошёл в палату, запахиваясь в стерильный халат.

Дед никогда не был особо многословным, говорил коротко и по существу, и даже сегодня, лёжа на больничной койке, перешёл сразу к делу:

— Мальчик мой, ты должен быть сильным, иначе сожрут и не подавятся. Обещай, что никому не покажешь своих слабостей. Прячь их глубоко, чтобы никто не видел. Ты обязан выстоять, держись, пока я не вернусь.

Алексей, который запрещал себе плакать и не проронил ни единой слезинки с тех самых пор, как потерял родителей, сморгнул непрошенную влагу и постарался стереть с лица все лишние эмоции.

— Ты, главное, вернись. Я буду стараться и всё сделаю, — твёрдо сказал он. — Мы с Ликой справимся, а ты должен выкарабкаться. Слушай бабушку и не перетруждайся, а то я тебя знаю.

— Так-так, будут ещё яйца курицу учить, — притворно строго сказал дед и задышал тяжелее. — Всё, иди. Не надо тебе видеть меня таким. И Лике скажи, чтобы не волновалась и не рыдала почём зря. Я ещё живчик. Завтра приходите.

Дедушке требовалась серьёзная операция, после которой был необходим длительный курс реабилитации и полный покой. В общем, возникла дилемма: или жизнь, или компания. Ясное дело, выбор был сделан в пользу здоровья, и Андрей Александрович с супругой улетели в Швейцарию, оставив «Вайлет-компани» на попечение наследников.

— Лёшенька, как же вы без нас? — перед отъездом бабушка буквально разрывалась между внуками и мужем, которому нужен был хороший уход и поддержка близкого человека.

— Дедушка сейчас важнее, присмотри за ним, пожалуйста. А я присмотрю за сестрой, не волнуйся, — клятвенно пообещал Алекс и держал слово вот уже девять лет.

Алексей в свои девятнадцать стал для тринадцатилетней Анжелики и мамой, и папой, и братом, и нянькой. Он пропадал в компании, параллельно успевая ездить на необходимые лекции, сдавать сессию и посещать родительские собрания Лики. Сестра, умница, старалась держаться, сама делала уроки и не бросила ни один кружок, где оставалась после школы, хотя Алекс прекрасно знал, что она плакала в подушку, а иногда не выдерживала и рыдала у него на плече.

А он сидел, обнимал её крепко-крепко, гладил по голове и думал, что было бы здорово, если бы и его мог кто-то вот так же успокоить. Но некому. Сейчас он глава семьи и должен быть сильным, вести себя как мужчина, быть опорой Анжелики и не позволить дяде прибрать к рукам то, что дедушка с отцом создавали нелёгким трудом.

Кстати, после той аварии дядюшка съехал из поместья Горских, а его отношение к Алексу стало хуже некуда. Он будто за что-то его наказывал, вымещал злобу, почти ненавидел. Какая уж тут поддержка?!

Дед вынужден был передать пост председателя младшему сыну, который хоть и уступил кресло гендиректора племяннику, но притащил в компанию талантливого и хитрого Тамира. Зато пост исполнительного занял дядя Виталик, как Алексей называл папу Дэна. Кстати, дружба Алекса, Дениса и Романа завязалась ещё в годы учёбы. Как с первого класса подружились, так вместе и окончили сначала школу, а потом и университет, даже в одной группе учились.

Вот только Дэн принадлежал к обеспеченному семейству, его семья тесно общалась с Горскими, тогда как Рома был очень беден и всего добивался своим трудом: и на стипендию повышенную вышел, и работу в компании получил не благодаря связям или финансовым вложениям, а благодаря упорству и профессионализму. Алексею нравилось работать с ними обоими, собственно, рядом с собой он предпочитал держать людей, проверенных годами, кому можно полностью доверять и не ждать предательства. Только эти двое знали его достаточно хорошо, чтобы понимать, как тяжело ему носить маску невозмутимости.

Став гендиректором, Алекс вынужден был держать чувства и эмоции под контролем, не имел права проявлять слабость и неуверенность. Поначалу его считали неопытным пацаном, который потопит бизнес, однако вскоре он заставил коллег отца и деда говорить о себе не «мальчишка», а «мужик». Сдержанный, спокойный, умный, всегда одетый с иголочки, он просчитывал ситуацию на несколько ходов вперёд и вёл остальных за собой. Вскоре Горский-младший стал символом надёжности и стабильности и целым рядом удачных вложений упрочил место компании на бизнес-карте страны.