Оля думала недолго. Вытащила откуда-то старую («еще бабушкину») немного страшноватую куклу, продемонстрировала ее изрядно удивленному приятелю. Спросила: «а ты такую же сейчас сделать сможешь?»

Никита сначала вопрос не понял. Оля разобрала куклу на части и показала еще раз – но Никита снова ничего не понял. Понимание на него снизошло уже ночью – и тогда парень наконец сообразил, что ему пыталась сказать подружка словами «если у тебя получится, люди будут это использовать даже когда твои внуки вырастут». И решил, что пока он не повторит увиденное, не успокоится. Но он – сделает даже лучше…

– Ну, что скажешь? – спросила Марина, но скорее всего, исключительно для проформы: у нее никаких сомнений в «диагнозе» давно уже не было.

– Совершенно нормальная беременность, я никаких проблем не вижу. Правильно, Марина Дмитириевна?

– Кира, ты уже сколько лет этим занимаешься? Сама все видишь, так чего меня опять спрашиваешь?

– А вдруг какая-то особенность, с которой я раньше не сталкивалась, а вы знаете? Сами говорите, что врачу на своих ошибках учиться не стоит…

– Тоже верно. Но тут ты права, все нормально. Ладно, иди уже, там остальные мамашки небось тебя уже заждались. Лера, ну не психуй ты так, Нине же уже сорок два, а тебе только тридцать четыре. Местные, бывает, и после сорока рожают, а даунов у них вроде нет.

– Да я особо и не психую… то есть немножко боязно конечно: Михалычу-то уже семьдесят, да и лекарства его… опять же, искусственное оплодотворение…

– Искусственное осеменение! Оплодотворение у вас всех, слава богу, совершенно естественное. Да заведите себе местных мужиков наконец и успокойтесь!

– Меня учили, что у моих детей должен быть один отец, да вы и сами так говорили… Так что пока Михалыч жив… я ведь и так практически уверена, что все нормально будет, к вам просто для подтверждения этой уверенности зашла. И, честно говоря, больше боюсь что работу до родов закончить не успею, а помощницы, вроде вашей Киры, у меня-то нет.

На самом деле то, что у Нины четвертый ребенок родился дауном, многих женщин вогнало в депрессию, и Марине приходилось тратить немало сил чтобы их успокоить. Но вроде получалось, хотя чаще ей удавалось лишь временно переключить внимание будущих матерей на что-то более животрепещущее.

– В твоей работе раздавать живительные пинки можно хоть из родильной палаты, ты же их не за руку водишь.

– Ну да, конечно… Я вообще теперь думаю, что в Великое переселение народов только полные идиоты поверить могли. Всего три тысячи человек на жалких двести километров переселить, да еще с подготовленными промежуточными лагерями за три года не успели! «Римский климатический оптимум», леса, полные дичи и реки полные рыбы – и на двух сотнях километров больше десяти процентов смертности! Ужас… а что дальше будет, я и представить не могу.

– А ты не представляй. Люди переселились уже, условия им созданы по нынешним временам практически райские, так пусть уже сами о себе заботятся. Не дети малые, не обязаны мы за ними всю жизнь приглядывать.

– Да, наша забота – как раз дети, и в первую очередь их дети, это я помню. А вот как их вырастить, обучить и воспитать так, чтобы их дремучие родители жизнь им не испортили… Детям своим… ну и нам тоже.

– Не испортят. Ярославна новую школьную программу составила, с учетом нынешнего расширившегося педколлектива, там все учтено. Насколько в принципе это возможно – а зная, как она при переезде все предусмотрела, за ближайшее будущее точно можно не волноваться. Так что спокойно кушай кашку, дыши свежим воздухом… Ты сейчас куда, в Тулу? Я туда через час поеду, так что подвезу…

Мост на устои подняли в конце ноября, а вот металлургический завод в Дубне запускать не стали. По одной простой причине: как Катя заметила еще год назад, просто сталь в слитках никому особо не нужна. Да и не в слитках – тоже: окружающему населению топоров, лопат и даже плугов уже было достаточно, а делать что-то более сложное было попросту не на чем. И людей, умеющих на станках работать, было маловато, и самих станков не хватало. Как ехидно отметила Лера, «пока русский царь ловит рыбу, Европа подождет. Но пока русская баба ходит беременная, подождет вся цивилизация». То ли все испугались того, что Марина на пенсию уйдет, то ли решили не ждать, когда возрастет риск появления лишней хромосомы в соответствующих клетках, но подавляющее большинство учительниц бросились «решать демографическую проблему». В том числе и Ксения – а в результате из двух запланированных «прокатных станов» не появился ни один. Володя было сунулся «собой прикрыть зияющую брешь» – но этот подвиг никто не оценил. Просто потому, что от него ждали совсем другого «подвига». Тихого, спокойного и практически незаметного.

Всем срочно потребовался обычный турбодетандер для получения жидкого воздуха. Или хотя бы жидкого газа, который выдавался «масляным заводом»: там было очень много того, что сжигать явно не стоило. Задача упрощалась тем, что были найдены не только формулы для расчета таких не очень-то и сложных, в принципе, машин, но и детальные чертежи небольшого детандера, который вполне бы удовлетворил – причем с большим запасом – все потребности Веры Сергеевны. Дело оставалось за малым: в механизме нужно было использовать простой масляный подшипник, но вот никаких пояснений как его изготовить и вообще как он должен работать, найти не удалось.