– А про цену он что говорил?

– Ну я же в школе училась, слово «экономика» выучила. Сказала, что по двадцать шла только первая партия, за лошадей якобы. Но что на самом деле Тихон за это «бесплатно» нам еще дофига чего должен привезти. Однако по пятнадцать я, причем исключительно из личной симпатии к нему и Гордиану с Тимеситием, которых помершими от свинцового сахара видеть не хочу, попробую уговорить тебя ему продать – при условии, что всем он будет говорить, что брал по тридцать пять. Он репу почесал, но недолго, и сказал, что по такой цене он возьмет сколько угодно. Но это с учетом наших скидок за медь и олово, так что цена практически та же получается что и для Тимона.

– Ладно, уговорила. Закажу Игорке для тебя золотой орден «Знак почета» – заслужила. Что-то еще сложного?

– Да римляне эти какие-то дикие. Простым римским языком им говорят: это – богиня, настоящая, а они не верят. То есть сразу не верят…

– С этого места поподробнее.

– В общем, спасибо Лене за науку и поставленную руку. Этот Филипп Араб – оказывается, это кличка, а звали его тоже Марк, но Юлий Филипп – нашему Марку, который Ливий Павел, на слово не поверил. Кричать начал, спорить…

– Мы все внимание.

– В общем, сказал, что громом только Зевс убить может, а если и я смогу человека громом убить к нему не прикоснувшись, то только тогда он поверит что я богиня и допустит меня до лечения императора. Я сказала, что ради удовлетворения его любопытства не буду убивать постороннего человек, а он себя предложил. Я, конечно, спросила, как он поверит, если умрет – тут он и полез в бутылку: пусть типа я его убью, а потом оживлю. Я сказала, что даже боги не могут оживить тех, кого сами убили, а он – что ему будет достаточно, если он по дороге в Аид поверит… в общем, такой спор на религиозную тему приключился.

– И?

– Достал он меня, да и Лера мне про него много порассказать успела. Сказала, что моего посланника Харон перевезет только за золотую монету, он согласился… в общем, пуля в переносицу попала. Вообще-то никто даже не вякнул, все же видели что он сам просил чтобы я его убила… а вот его легион пришлось Марку Ливию принять. Поэтому он и приехать сейчас не смог, но мальчик этот… император в смысле, сказал что до весны найдет ему замену. Так что наш Марк весной приедет – ну, если его на войне не убьют. Хотя вроде не должны: там было собрание не только легатов, но и некоторых центурионов… то есть шестнадцать легатов было и за сотню центурионов. Короче, все они, посмотрев наши образцы, решили что лучше день потерять а потом за пять минут долететь… в общем, отложили войну на следующий год. Кстати, нашу лорику сегментату они в куски порубили.

– Не жалко, она копейки стоит.

– Они вороненую порубили. Вера Сергеевна же глифталевой эмали ведер двадцать наделала? Я сказала, что белая вдвое дороже. Предупредила, что краска после удара слетает, но мы и краску продать можем, по сотне денариев за стограммовую банку.

– Такой банки на пару лорик хватит…

– Наверное они хреново считать умеют с их римскими цифрами. В общем, еще заказ на тысячу крашеных лорик и двадцать пять банок с краской царапины закрашивать… они сначала в лорику нашу одели какого-то бандита, которого все равно казнить должны были, шарахнули по плечу мечом своим – плечо ему сломали: лорика сильно смялась, но не лопнула. Потом одели в свою лорику и ударили уже нашим мечом, который преторианцы по дороге наточили… В общем, не до пояса разрубили, но мужику хватило… А Гордиан сказал, что вороненых тоже закажет, для легионов, которые на севере стоят. Оно и понятно, в Сирии летом солнце, жара – в черной лорике небось хуже чем в черной машине без кондиционера. Но этот заказ уже потом будет, сначала ему нужно сасанидов победить и денежек захапать.

– Понятно… ты сама как?

– Устала. Или ты про этого Филиппа? Мразь он был, при случае расскажу если очень интересно будет. Не сейчас.

– А что римляне сказали про стальное оперение у стрел?

– Ничего. Тот легат, которого за оружием прислали, только примерно количество проверил… да, вот еще: мечи наши они забраковали.

– Что?!

– Не в смысле забраковали, а в смысле, что они конструктивно не очень, им больше таких не надо. Я так поняла, что император хоть и молодой, но учился военному делу по-настоящему: сказал, что мечи эти он только центурионам раздаст и преторианцам, а остальные в Германию и Галлию отправит: там с всякими варварами драться в лесу они хороши. А в пустыне, когда они манипулами воюют – не очень, в строю ими драться неудобно: длинные очень. Парочку они попробовали укоротить…

– Интересно, чем они их порезать сумели?

– Кузнецом. Раскалили и отрубили.

– Идиоты, они же сталь отпустили!

– Ага. Первый, без закалки, стал мягким как и их железные. А второй кузнец в воде закалил, все же какая-то сталь у них уже есть и как с ней работать, тоже навык имеется. Только наша-то сталь после такой закалки треснула после первого же удара. Вывод: творения богинь смертным улучшать – себе вредить. Гордиан сказал, что вот если богини из своей стали гладиусы пожелают сделать, то он сто тысяч купит. И свой в качестве образца передал, у меня в багаже где-то лежит. Посмотри, может пригодится: у него рукоятка разве что не золотая. Кстати, пока не забыла: я с берегов Тибра ящик земли нагребла. Точнее, в ящике двенадцать коробок – в разных местах мне земли накопали, на коробках написано какая откуда. Пусть Алёна покопается, может что полезное найдет. А не найдет… Там недалеко от устья, на морском берегу, у Филиппа Араба была небольшая вилла – так теперь она наша. Вместе с рабами, их человек сто, может двести – подумай, что с ними делать: я пока наших парней там оставила, за порядком следить, но, думаю, нужно все там всерьез обустраивать. И еще, надо Алёне сказать, чтобы начинала выпуск мепакрина в промышленных масштабах: я в самом Риме была неделю всего, так за то время пара сотен человек словило болотную лихорадку – и это только в городе. Оказывается, у императоров на эту тему статистику тоже постоянно ведут. Ладно, следующая встреча с ними в мае, есть время подумать как и что сделать. Надеюсь, пользы от моей командировки получилось больше чем вреда, ты, Лиза подумай что я рассказать забыла, а я пока к Веронике пойду поработаю. Расскажу ей о грядущих болячках, вместе подумаем как с ними бороться будем…

На самом деле все же возвращение Даши все заметили, правда причина была несколько «странной»: через несколько дней после того, как она вернулась, к причалу в Алексине подошла расшива, загруженная оловом и медью которые как раз Даша и купила. По большому счету и груз-то был невелик, но он оказался как нельзя более кстати в свете прочих забот. И прежде всего – забот «сельскохозяйственных».

В сентябре заработал тракторный завод в Туле. То есть он и раньше работал, Саша уже успел разных тракторов сделать штук десять – но именно в сентябре Ксения доделала два «очень важных» станка и трактора начали «сходить с конвейера» со скоростью две машины… в месяц. Не очень-то дофига, но выпуск машин стал, наконец, предсказуемым.