Шрифт:
Больше находиться здесь у меня не было ни желания, ни сил. Мужчины разберутся, что делать с трупами врагов, а женщине необязательно присутствовать при этом. Так принято в Северном пределе. Муж должен оберегать дом, когда он в его стенах.
На душе все равно было неспокойно. Словно мы упускаем нечто важное, лежащее на поверхности. Но чем больше я сосредотачивалась, пытаясь понять, что именно – тем больше отдалялся и размывался ответ на этот вопрос. Это злило и выводило из себя. Может, лучше отвлечься и заняться делами, тогда и ответы придут сами.
– Тира, Рози, сегодня уборка в моих покоях. Любые странные вещи, которые найдете во время уборки – несите мне немедленно. Завтра – займемся покоями милорда, – поднимаясь в свои комнаты, на ходу давала я указания своим служанкам. – Хильда, распорядись приготовить несколько гостевых комнат. Полагаю, что к ярмарке уже скоро начнут стекаться лиры в замок.
– Эти дармоеды точно не упустят возможности попировать за счет нашего лорда, – проворчала управляющая, но поймав мой суровый взгляд, исправилась: – Да, миледи. Сейчас же дам распоряжения. К слову, к ярмарке готова шерсть на продажу. Она, конечно, не в лучшем виде, и еще осенью за нее можно было бы взять больше…
– Но лучше хоть что-то, чем вообще ничего. В этом я с тобой согласна. Хотелось бы начать работу мыловарни, но боюсь, работы там еще слишком много и мы попросту не успеем. Придется ждать еще год.
– Зачем? Если дело пойдет, то к концу лета в Гредхорде тоже будет ярмарка. Если у нас продают больше меха, шкуры, камни и серебро, вяленое мясо и рыбу, то соседи сбывают овощи и зерно. Сами понимаете, что сезон близится к осени. Почему бы вам не отправить мыло туда?
– Отличная идея, – приостановившись, улыбнулась я. – К тому времени, думаю, у нас будет что предложить. И еще. Найди пять-шесть девушек, достаточно ловких, чтобы подняться по склонам. И пару мужчин для их безопасности. Мне нужен голубой шафран для мыла.
На лице управляющей мелькнуло удивление, а после – улыбка.
– Сию минуту примусь за выполнение заданий.
– Благодарю, Хильда, – искренне сказала я.
– Всегда рада служить, миледи, – откланялась управляющая, отправляясь выполнять поручение.
А еще можно хоть что-то получить из приезда короля и придворных. Если к тому времени я смогу выполнить задуманное – у нас будет шанс продавать наше мыло при дворе. А это стабильный доход. Куда стабильней ярмарок.
Замок стремительно возвращался к обычной жизни, слуги возвращались к своим обязанностям. Осознавшие, что развлечений не будет, а поводов для сплетен предостаточно и без того, они спешили по делам. А я остановилась у окна. Рози и Тира уже во всю занимались уборкой, подняв пыль в моей спальне так, что я даже войти туда теперь опасалась. И мешать им было точно не в моих интересах.
– Балдахин тоже нужно вытряхнуть, – командовала Рози. – И гобелены перетряхнуть.
Без меня они определенно хорошо справлялись.
Вытащила из кармана фигурку. Было, было в ней что-то знакомое... Кажется, у колдуньи из деревни имелись такие же. Можно попробовать у нее и спросить. После ночного мощного выплеска магии я все еще чувствовала некоторую слабость, и теперь, прежде чем снова смогу колдовать, пройдет какое-то время. День, может, два, но это время будет безнадежно утеряно. Что если где-то там, в лесу, прячется не маленький отряд заблудившихся воинов, а целое войско? Ждать точно не лучший вариант.
Я сунула фигурку назад в кармашек, мимолётно мазнув взглядом по двору за окном. Нейт раздавал указания, отряд собирался выезжать, и я уже сделала шаг, намереваясь выйти и проводить супруга, но неожиданно мое внимание привлекла миниатюрная женская фигурка, скрывшаяся за дверью смотровой башни. Астра… кажется. Рози говорила, что она и накануне провела на башне много времени. Возможно, ничего такого – свидание с воином или что-то в том же духе, конечно. Но…
Порывисто развернувшись, направилась через черный ход в сторону башни.
Дверь подалась легко, значит, девушка не пыталась прятаться или не думала, что привлечет внимание в такой суматохе. Запах плесени и сырости ударил в нос, забив дыхание. Едва рассеивающий темноту свет, попадающий на лестницу из небольших бойниц под самой крышей, только добавлял зловещести.
Тихо поднявшись по ступеням, я замерла у приоткрытой двери как раз, когда она выпустила в окно почтовую птицу.
– Что ты здесь делаешь? – процедила я сквозь зубы.
Девушка вскрикнула, обернувшись и прижавшись к стене. В ее глазах метался ужас, сжатые губы побелели. Но жалость у меня на сегодня закончилась.
– Кому ты отправила послание?! – понимая, что перехватить птицу уже не смогу, рявкнула я.
Предательство. Само слово отдает полынной горечью на языке. Что движет человеком, который готов предавать? Жадность? Страх? Фанатизм? Кажется, это самые распространенные мотивы.
А какова причина у милой горничной?