– Миледи, – не сразу заметив меня, спохватился паренек, растерявшись и даже забыв о поклонах.

– К пленнице никто не пытался попасть? – решила не привлекать внимание к его поведению.

– Только начальник стражи – сир Роберт. И сир Кристофер. Но он вообще делает то, что пожелает. Ему лорд все позволяет. Ой. Прошу прощения, миледи.

– Ничего страшного, – улыбнулась я, пытаясь понять, что здесь было нужно вечно упрекающему Нейта во всех смертных грехах сиру Кристоферу. Самому неприятному обитателю Северного предела. – Открой дверь, – не обращая внимания на его растерянность, велела я, все так же сжимая в руках злосчастный сверток

Паренек снял с пояса длинный ключ и, не с первого раза попав в замочную скважину, открыл дверь. Все же меня в этом замке боятся. Сложно представить, что заставило молодого мужчину, видящего себя в битвах, так волноваться. Неужто обо мне все еще ходят недобрые слухи?

– Прошу, – распахнув дверь, пригласил меня сторож.

В комнате воняло плесенью и затхлостью, отсыревшей сажей и пылью. Словно комнаты находились не на третье этаже, а в подземелье. Впрочем, этот незабываемый букет ароматов переносил мою пленницу в ее недалекое и такое реальное будущее. Запыленная мебель выглядела уныло, давно не сменявшаяся постель – пугающе. Там уже завестись могло что угодно. Но это куда лучше, чем тюк прелой соломы на каменном полу подземных казематов. И вообще, забавная ирония – горничной оказаться заточенной в неубранных, заброшенных покоях. Пусть одних из немногих, до который у меня не дошли руки. Но все же.

– Миледи, – просияв надеждой, вскочила на ноги Астра, едва не опрокинув единственный стул у небольшого столика, исполнявшего обязанности и письменного, и обеденного. – Вы выяснили все? Я оправдана?

– Все зависит от нашего с тобой разговора, Астра, – как можно мягче заговорила я, оставив сверток на столике прямо напротив девушки и пристально вглядываясь в ее озадаченное лицо.

От камина тянуло сыростью, и, даже несмотря на теплую погоду за окном, в покоях было зябко.

– Я рассказала все. Это просто недоразумение. Я всегда служила дому Амора и никогда бы не совершила ничего такого, что причинило бы вред лорду или его семье…

Она говорила горячо, и мне показалось на какое-то мгновение, что искренне. Но внутренний голос настойчиво повторял – верить ей нельзя ни в коем случае.

– Конечно же… – улыбнулась я, откидывая белоснежную ткань со свертка.

И девушка в одно мгновение изменилась в лице, отпрянула, опрокинув-таки стул и прижавшись к стене. Она выглядела не просто испуганной, ее охватил ужас. И это многое могло объяснить теперь.

– Вижу, что тебе уже приходилось раньше видеть эту вещицу. Знаешь, что это? – все так же не сводя с нее взгляда, спросила я.

– Нет, – мотнула она головой, не сразу оторвав взгляд от подклада. – Просто от неожиданности. Вы меня напугали, миледи.

– И ты раньше ни разу не видела ничего подобного?

Астра быстро замотала головой.

– Ни разу, – подтвердила она мои слова.

Врала. Это был не секундный испуг, а страх. Она прекрасно понимала, чего ждать от этого свертка. Если вообще сама его не подложила мне практически в постель.

– В таком случае ничего страшного не случится, если я прикажу привязать тебя к ножке кровати, а эту милую вещицу оставлю здесь. Полагаю, тебе приснятся замечательные сны.

Ее глаза расширились, а губы задрожали, выдавая подступающую истерику.

– Не нужно, миледи. Пощадите…

– А меня ты не пощадила, подсунув эту дрянь в мои покои.

– Это не я. Прошу вас.

– Ты часто просишь меня, но не даешь ничего взамен. Ничего такого, что мне пригодилось бы. У тебя есть выбор – рассказать мне, что все это значит и кому ты отправляла письма. Или остаться на ночь с подкладом. И поверь, это будет самая незабываемая ночь в твоей жизни. А потом еще одна. И еще…

С каждым моим словом красок в лице девушки становилось все меньше. В глазах поселилась пустота, и она сама как-то обмякла, словно сдалась.

– Я расскажу все, что пожелаете, только уберите это отсюда, – глухо заговорила она, растеряв все наигранные страдания. – Мне известно, на что способно колдовство Грунельды. Но видят боги, я не прикоснулась бы к чему-то, оскверненному магией.

Вот в это я была склонна верить. Многие жители не только Северного предела, а и всего королевства были суеверны до ломоты в зубах. И в этот раз мне это было на руку. Как и оговорка о знакомстве с Грунельдой.

– Это совершенно другой разговор. И помни, я хорошо вижу, когда человек пытается солгать. Одно слово лжи – и нашей договоренности конец, – Астра согласно кивнула, сцепив руки в замок поверх голубого передника. – Так кому ты отправила письмо?

– В дом Кречетов, – чуть помедлив, ответила Астра. – Лире Вьерне.

– Полагаю, она неплохо платит за предательство, – хмыкнула я, но Астра только поджала губы, не желая ни подтверждать, ни опровергать мои слова. Ну мне и неинтересно, что стало причиной ее поступка. Меня интересуют последствия. – Что ты ей писала?