После небольшой разминки, нас отправили в забег вокруг Академии. Скажу я, что километраж был не малый через мелкую речушку и примыкающее к нему болото. Вернулись мы грязные и злые, но Оларику не было дела до этого.

— Садимся на коврики, расправляем плечи, открываем сознание… — напутствовал к медитации

физрук.

Я, конечно, не специалист, но тина в кроссовках и потные телеса мало способствовали расслаблению.

Рядом со мной зашушукались парни о чем — то своем.

Противиться было не к чему, поэтому неумело изобразив на подстилке позу "лотоса", я постаралась раскрыть сознание неизвестному.

Мысли покинули мой разум, как и запахи и звуки.

Не успела я испугаться, как почувствовала что то вязкое и тягучее, оно было не совсем осязаемым, скорее невесомым, но ощутимым.

Это нечто тянуло ко мне свои щупальца, стараясь коснуться… Оно ползло, потихоньку подбираясь, ласкало кожу ног, рук…

— Что здесь происходит?! — крик выдернул меня из медитационного транса и я раскрыла глаза.

На меня испугано взирал десяток глаз во главе с Олариком.

— Что? — пришлось проморгаться, чтобы сфокусировать зрение.

— Ты… ты…

— Я…? Что я?

— Всем отойти на несколько метров! — скомандовал из неоткуда взявшийся ректор.

Все медленно шаг за шагом начали отступать.

— Вокруг нее образовалась темная лужа…

— Она была живой и ползла по ней…

Студенты бросали обрывки фраз, а я думала как эстетично выбраться из "лотоса".

Не понимаю в чем проблема…

И тут я увидела свою руку, она была вымазана чем — то напоминающим черный вязкий лизун с масленым следом там где судя по всему раньше находился.

— Какого черта?!

— Тише — тише, отойдите профессор к студентам. Успокойте их, а я во всем разьерусь.

Оларик отвел еще дальше моих одногруппников, а в голове стучала паника, таракашки нервно бегали и били в барабаны.

— Что это?

— Что произошло?

— Я просто медитировала, все как учили, раскрыла сознание, а там оно… и оно шевелилось и было ласковым и добрым…

— Это вселяет надежду, — тихо произнес ректор.

— Надежду?! Надежду на что?

— Не нужно так кричать и нервничать. Это мор.

Так-с, мор. Мор несет в себе смерть, на сколько я помнила о всадниках Апокалипсиса.

— Я умру? — всхлипнула я.

— Нет.

— Я кого — то убью?

— Нет. Мор безобиден в целом, но он может овладеть разумом жертвы. Это паразит.

Только паразитов мне не хватало.

Не хватало — эхом отозвалось в голове.

Ешкин Кот! (много нецензурных слов)

Да хоть какой, а кот и на Панфильских островах есть кот.

Ну, что же, до свидания разум!

Очнулась я не в своей земной комнате и даже не в академной, к сожалению, и не в лазарете, а в неизвестной постели, где мирно посапывало тело рядом со мной.

Вот так незадача… Лапуль, да ты попала…

Кто здесь?

А в ответ тишина…

Ладно, прорвемся, где наша не пропадала, но чувство тревоги не покидало ни на миг.

Тело рядом заворочалось и повернулось ко мне, словно избушка передом.

Я затаила дыхание.

Во — первых, очевидно, что соседом оказался мой сущий кошмар — Альберт Рих Штользерман, следующий (почти) Император Элтарской Империи.

Во — вторых, шелковая простынь, что до сих пор прикрывала его чуть ли не с головой, приспустилась, и теперь я могла любоваться его точеным лицом, легкой усталой щетиной, одновременно твердыми, но если вспомнить, то мягкими и нежными, губами, идеальной грудью и прессом.

Не хотелось бы, чтобы он застал меня здесь, а это значит, что пора уходить. Так хотелось его поцеловать, прижаться к крепкому плечу, но не сейчас, мне нужно время.

Но для чего? Пока не ясно.

Не смогла удержаться и поправила ему челку, спадающую на глаза, провела пальцем по скуле и щеке…

До встречи, мой Капитан…

В глазах защипало и я представила конечную точку своего пути.

Моя комната. Моя кровать.

Прошла секунда и я жестко пятой точкой приземляюсь на пол около необходимой точки приземления.

Да уж…Учиться тебе нужно и практиковаться — заворчал кто то в моей голове.

— Ты кто? Ты где, блин?