Моя лучшая подруга — младший лейтенант Пак, на прощание каждый раз мне говорила вместо "Аньон" — "Никогда не сдавайся!". А моя вторая лучшая подруга — Пятая Принцесса Ли Хэйгон всегда говорила по-английски "Файтинг!" и поднимала руку со сжатым кулаком. Так, что Юрка, никогда не сдавайся! Файтинг!"

Последнее слово было слегка смазано Настиной слезой.

Вечером приехали Апсолон с Артмане. Вия была чёрной от свалившегося несчастья. Её одногруппника и главного партнёра по смонтированному фильму "Долгая дорога в дюнах" Хария Лиепиньша отстранили от участия в фильме.

То есть, как это отстранили, спросит читатель? Фильм же уже сняли. А вот так. Отстранили, и всё. Оказывается, этот мой тёзка, два года служил в вермахте, пока не попал в плен в "Курляндском котле". Полтора года лагерничал в Воркуте, покуда латышский ПредСовМина Вилис Лацис не вытащил его назад. Этот Харий закончил вместе с Артмане театральное училище. И вот, такая непруха. Отстранили. Апсолон, махая здоровой рукой, пытался меня убедить сыграть эту роль за тёзку. Вия, убитая, сидела с каменным лицом. Она так рассчитывала на успех фильма.

Я же не умею. Не хочу. Не буду.

Тут в моей башке прозвучал Настин голос: "Файтинг! Никогда не сдавайся!". И я согласился. Нужно было переснять пять больших сцен и десяток эпизодов. Всё в основном с Вией. Подруга моя ожила и, рыдая, повисла на моём плече.

Ну, что за хрень, скажет читатель. Жарову нужно о спорте думать, так ведь из команды легко вылететь, как два пальца об асфальт. Но, такой вот наш герой дуболом. Мозгом понимает, что не надо, а делает. Видать, и правда, тело Хария стало брать верх над мозгом старика…

Звоню Шелепину домой. Потом Пельше. Обещают помочь в этом деле. Ну, какой же я дуболом…

"Весь мир — Театр. В нём женщины, мужчины — все актёры".

Шекспир.

28 июля 1950 года, Москва.

Я уже успел просмотреть все хиты "Тиары" в клипах и на концертах и попросил Наблюдателей показать, какие они в жизни. Видимо, у Кукловодов были на меня определённые планы, поэтому мне показали "Тиару" из-за кулис…Репетиции, съёмки в фильмах и клипах, улыбки, слёзы…

После утреннего кофе, засел за ответ Насте. Припомнил события прошедшей недели. Про съёмки с Артмане решил не писать. Настя бывает порой очень нервной и импульсивной, особенно когда дело касается других девушек. Она, конечно, позже про это узнает, но, это будет позже. Потом достал из подсознания пару песен Даше для музыкального баттла. Она тоже решила поучаствовать в "сельской дискотеке", как это мероприятие начали называть с моей подачи. Тем более, что Белов пообещал это оформить с районной администрацией, как выезд с концертом. Компания на 23 сентября намечается знатная: Мстислав со своим электронно-духовым ансамблем, мы с Колобком, Даша с Люсей Гурченко(выезд в поле) и, упавшая на хвоста, Маша Плэнглин. Записал текст второй песни для ВИА "Акварели" и две штуки для Дарьи: одну на русском, вторую на английском. Маша обещала поработать с дашиным рязанским диалектом международного языка. Вечером все идём на репетицию.

Закончив тексты, взялся за газеты. Увидел в "Комсомолке" фото Пхеньяна после Взрыва. Жесть.

Что я помнил из прошлой жизни про ядерный взрыв? Мощность первых атомных бомб была не слишком большой по сравнению с появившимися в начале 50-х мегатоннками. Хиросиму, Нагасаки и Пхеньян сожгли относительно маломощными зарядами. Многие люди находившиеся в укрытии на расстоянии в несколько километров от эпицентра взрыва имели возможность уцелеть от первоначальных поражающих факторов. Позже кого-то погубит лучевая болезнь от передозировки радиации. А в 50-е бомбы стали уже мощнее в десятки-сотни раз. И последствия испытательного взрыва мегатонки были таковы, что на поверхности оставался "лунный кратер" двухкилометрового диаметра, а всё живое погибало в радиусе более десяти километров (от центра Москвы до МКАД 12–18 км). Такие вот примерно бомбы могли бы американцы сбросить на СССР в пятидесятые с реактивных бомбардировщиков Boeing B-47 Stratojet, которые начали испытательные полёты ещё в 1947 году…

Хорошо, что Войну пока замяли.

На "Мосфильме" перед отъездом в Ригу, после оформления актёрской анкеты, встретился с Михаилом Роммом. Он приезжал договариваться насчёт запуска фильма "Королева бедняков", идею которого подсказал я. Режиссёр дал посмотреть фотокадры памятной съёмки боя у моста через Ханган. Комментирует:

— Это начало бомбардировки. После подавления зениток и пулемётов, пойдёт напалм…

Увидев, как я взял другой снимок, поясняет:

— Это девушки-зенитчицы с той стороны моста… Это мы их за два дня до того боя сфотографировали… Все погибли. Не успели отойти.

Мэтр киношников поведал, что параллельно со съёмками нового фильма, будет писать сценарий "А зори здесь тихие". Там подвиг совершат наши зенитчицы во время Отечественной. С ним согласились сотрудничать в этом вопросе два других мэтра: Габрилович и Райзман.