Агностик – это человек, который не отрицает существование богов, но и не утверждает его, поскольку убеждён в том, что первичное начало вещей неизвестно, так как не может быть познано либо на данный момент развития человечества, либо вообще.

Вернемся к сжиганию водой. Ресомация или био-кремация так ее назовем – это инновационный метод по растворению трупа в щелочной среде. В бюро, в самом дальнем углу подвала находиться подобное устройство. Мы стараемся идти в ногу со временем, не боясь технологий. Да, мы выложили огромную сумму денег за оборудование. Мы нашли поручителей, которые добавили «львиную часть» в этот эко-способ по избавлению человеческого тела. Государство нас тоже поддержало, пусть и бросив «монетку в шляпу». Все же приятно.

Хотя и одобрены властями, но похоронные учреждения, установившие у себя такие аппараты, предпочитают не распространяться о них особо, чтобы не злить местное население. Вот в нашем случае также. Родные просили предать земле близких, как положено по их религиозным правилам. Они настаивали на этом, трясли своими кошельками перед носом у директора бюро. Возможно, простое избавление от тел для них казалось греховным, и они хотели закопать его поглубже, залив бетоном.

Похороним их в блоках, а сверху накроем плитами! Это единственный вариант.

Молниеносно директор бюро Мистер Стивенсон позвонил на кладбище, распорядившись заказом, подготовил необходимые документы. Работники увеличили могилу, разумеется, за отдельную плату и залили ее суперцементом, который мигом застывал. И уже к вечеру все было готово. Он также предложил родным покойника, взять напрокат чудеснейший гроб «для особых клиентов». Намереваясь, они купить его у нас, он обошелся бы им в одиннадцать с чем-то тысяч долларов. Но аренда, конечно же, стоила намного дешевле. Они согласились. У нас имелось целых три таких гроба. На всякий случай.

Видимо стоит увеличить количество гробов с крупными размерами, так как в последнее время все больше людей страдает от ожирения. Почти четверть населения. Ужасная статистика. Отдельные конторы сетуют на обилие толстых клиентов, им сложно справляться с ними. В некоторых крематориях, у кого незначительные установки, жалуются, что тело не может поместиться в двери кремационного оборудования, им приходится прибегать к типовым захоронениям. Пора менять общепринятые стандарты.

Гроб был сделан из цельного куска древесины, обшитый шпоном красного дерева и вставками из серебра, снабженный рейлингами 3 , с усиленным дном, готовым выдержать даже слона.

Недешево родственникам обошлись двойные похороны. Они выписывали чеки, сидя в кабинете директора, со слезами на глазах прощаясь с деньгами и дорогими людьми. Плакал и сам хозяин бюро, но только от радости… Это было ужасное зрелище.

Когда все разрешилось и оговорилось, ребята осторожно загрузили супругов в фургоны. Мы отправились на кладбище «Хилл Сайд».

Мы перевозили труп толстуна, а вторая бригада, жирную стерву. По дороге тело встряхивало, оно издавало звуки, похожие на бульканье воды. Казалось, покойник дышит. Я ехал с двумя парнями Максом и Джеймсом которых и придавил наш почетный Толстяк. Они сидели безмолвно. Пару раз Джеймс произносил, как это его угораздило так попасть. Он, конечно, был немного растерян. И изредка поглядывал на гроб. Большой. Да. Очень. Мы остановились на красный сигнал у светофора, и тут произошло то, что я величаю «точкой отрыва». Если подготавливают труп не на совесть, забывают заткнуть формалиновыми тампонами отверстия, или, например, так происходит в нашем случае, когда мертвец выпадает из гроба и «ткань» растягивается. В общем, в салоне прозвучал звук пообедавшего нет, нажравшегося знаменитыми ножками «КиЭфСи» (Жареный цыпленок из Кентукки) опрокинув большую порцию ледяной колы, человека. Труп издал рык. Длинный. Громкий. С запахом… Это была не отрыжка… Из открытых клапанов гроба разнесся отвратительный запах. В фургоне завоняло так, что мама не горюй. Парни вылетели пулей из салона, переглядываясь испуганным взглядом, откашливаясь на обочине. Слабаки! Я улыбался. Затем, все же заставив их вернуться в салон автомобиля и доделать работу, мы двинулись дальше.

Приехав на кладбище, мы одолжили у местных трудяг в аренду погрузчик и оба гроба аккуратно установили на заранее организованные «сингуматоры 4 ».

Священник прочитал свою речь, родные попрощались, оставив на гробах по одной алой розе, и отправились делить наследство. Мы же бережно извлекли супругов из гробов, спустили их на лентах в могилу, а сверху уложили по две бетонные плиты. Пора засыпать их землей… Вот что значит: «Жили они долго и счастливо и умерли в один день».

После этого случая те двое парней теперь ездят на собственной машине, а в фургон ни ногой. Так я стал возить мертвецов один…

…Постепенно салон автомобиля наполнился зловонием мертвой плоти. Я приспустил окно и включил кондиционер для удаления запаха.

На самом деле меня это не сильно беспокоило. Я уже привык. Я понимаю, что так же пахнут вареные яйца или капуста, иной раз оставшаяся в тепле, брокколи, горошек, устрицы, сыр или лоба 5 , дайкон и редис. Да, просто порой ты сам стравливаешь биогаз, обожравшись спаржи. Неохотно, но приходится вдохнуть маленькую его порцию.

Подчас люди бранятся и шарахаются от тех, у кого воняют носки. Или от тех, у кого изо рта разит дерьмом. Или от потных соседских подмышек в переполненном автобусе, словно человек нарочно поднимает руку, держась за поручень, оголяя небритую часть тела с миллионами микробов, кишащих у него под плечом. И это вонище оказывается именно перед твоим носом.

Или бездомный, который пристает к тебе с протянутой рукой, а ты брезгливо отступаешь от его зловония.

А смрад в туалете придорожного кафе, да и просто в каждом центре города жутко прет из подземных окошек канализаций.