Словно в доказательство этого, она вошла в комнату, где работали эксперты, и хлопнула в ладоши, привлекая к себе внимание.

– Мальчики! Погуляйте где-нибудь минут пятнадцать, потом вернетесь к работе, ваша птичка никуда уже не улетит.

И они послушались ее! Эксперты, которых Виктор знал много лет, неразговорчивые, язвительные и плохо подчиняющиеся ему, молча направились к выходу. Это было настолько странно, что поначалу следователь не мог произнести ни слова.

Однако голос вернулся к нему быстро, когда Андра приблизилась к трупу и, ловко переступая туфельками через лужи крови, начала осматривать останки.

– Да кто вы вообще такая?!

– Это я ее вызвал, – вмешался Марек. – Ты сказал, что тебе нужен эксперт. Лучше, чем она, ты не найдешь.

Виктор понятия не имел, когда трясущийся экстрасенс успел кого-то вызвать, но сейчас его больше волновало другое:

– Ты со мной посоветоваться не мог для начала?

– Прости, но ты реально не понимаешь, насколько это опасно, – покачал головой Марек.

– Труп девушки размазали по потолку – я догадываюсь, насколько это опасно! – огрызнулся Виктор. – Женщина, что вы делаете?

Андра, не обращая внимания на них, достала телефон и сделала несколько фотографий.

– Случай и правда любопытный, – все так же обыденно отозвалась она. – Мне нужно рассказать о нем моему работодателю. Если он согласится оплатить мои услуги, я помогу вам.

Этим она окончательно запутала Виктора. День все больше выходил из-под контроля.

– Что? Какому еще работодателю?

– Ватикан, – ответил вместо нее Марек. – Она работает на Ватикан.

– На хрена нам юрист из Ватикана?!

– Она не юрист. Она специалист по демонологии.

– Марек, мать твою, я тебя о консультации просил, – прорычал Виктор. – О консультации, а не о вызове бабы из Ватикана!

Он хотел продолжить, но не смог: голову пронзила острая боль, будто спицу в висок вогнали. От неожиданности он даже зажмурился на пару секунд, а открыв глаза, обнаружил, что на него направлен серый, как небо перед грозой, взгляд Андры.

– Поосторожней со словами, – посоветовала она с показным дружелюбием. – А то я ведь могу обидеться.

– Ты не хочешь, чтобы она обиделась, – поежился Марек.

– Это факт, – кивнула Андра. – В лучшем случае я уйду, а без меня вы с этим вряд ли справитесь.

Она не сказала, что будет в худшем случае, а Виктор спрашивать не стал – он не был уверен, что готов знать. Вспышка боли в его голове, конечно же, не могла быть связана с ней, но проверять он не хотел.

– Я просто не ожидал, что в Ватикане женщины экзорцистками работают, – проворчал он. – Или как там это называется?

– То, что я работаю на Ватикан, не значит, что я принадлежу к церкви, – усмехнулась Андра. – Но в чем-то вы правы, Виктор. Женщины в Ватикане чаще всего связаны с экзорцизмом в двух случаях. Либо они жертвы, которых спасают… или не спасают. Или они изгоняют демонов, но занимаются этим чаще всего почтенные настоятельницы. Я похожа на почтенную настоятельницу?

– Не слишком. Но меня больше интересует, откуда вы знаете мое имя.

– Это еще не самое важное из того, что она знает, – напомнил о себе Марек. – Значит, вы считаете, что это был не демон?

Андра сделала еще несколько снимков, провела пальцем по сенсорному экрану, отправляя их куда-то, и убрала телефон.

– Точно не демон, – ответила она. – Совсем другая энергия, гораздо более примитивная. Да и не ведут себя так демоны. Их стратегия – вселиться в тело, терзать душу, а если повезет, то и не одну. Порождения действуют проще. Для них любой визит в наш мир – уже радость и забава. Их время здесь ограничено, поэтому они наслаждаются милыми маленькими шалостями вроде убийства.

Виктор невольно перевел взгляд на окровавленный скелет и почувствовал, как мороз пробегает по коже. «Маленькая шалость» – это последнее определение, которое он дал бы такому убийству.

– Но ведь порождения сами не пробираются в наш мир! – отметил Марек. – Для них нужно открыть дверь.

– Все верно, – отозвалась Андра. – Расскажите мне про жертву.

Следователю хотелось отказать ей, эта женщина настораживала его. Однако он не рискнул, воспоминания о боли были слишком свежи.

– Жертва пока официально не опознана, – заметил он. – Но судя по всему, это одна из квартиранток, Елизавета Самарина, восемнадцать лет, студентка. Она снимала квартиру с подругой, этой ночью осталась одна, потому что соседка уехала в гости. У подруги есть алиби.

– Вы серьезно думаете, что в таком можно заподозрить ее подругу? – Андра указала на скелет, не оборачиваясь на него. – Нет, господин полицейский, вы тут ищете не того преступника, которого в СИЗО закрыть можно. Собственно, про преступника можете забыть.