Мне хочется возразить, еще как хочется, но я понимаю, что спор будет бессмысленным. Арсен не сможет защищать меня всю жизнь. Устанет и исчезнет.

Да я и не хочу, чтобы защищал. Не хочу быть должной, не хочу, чтобы он пострадал. Мои братья – то еще зверье. Не побрезгуют сделать какую-нибудь подлость, навредить. Если они что-то задумали, не остановятся.

Арсен раскладывает по тарелкам спагетти, поливает их томатным соусом собственного приготовления. Ставит передо мной блюдо.

— Возможно, я немного переборщил с перцем, увлекся по привычке.

— Не страшно, я люблю острое.

Пока Ванька и Рада жили со мной, о перце пришлось забыть.

— Ты ведь хорошо готовишь, — произнесла я, попробовав готовое блюдо. Это действительно было очень вкусно. — Зачем предлагал жить вместе? Не верю, что ради домашней еды. Я готовлю намного хуже.

— Зачем – уже неважно. Завтра я переезжаю сюда в любом случае. Ты не останешься одна, — не терпящим возражений голосом. 

— Скажешь, что твое желание продиктовано заботой обо мне?

— Мое желание продиктовано потребностью защитить женщину, которая мне очень нравится, — оторвав взгляд от своей тарелки.

Наверное, другая бы девушка в этот момент обрадовалась, зарделась, засмущалась, а я думала о том, что мне это не нужно. Мне было страшно, что Арсен может узнать правду. Я стыдилась своей тайны. Меня вынудили отказаться от Тимурика, но я все равно чувствовала себя предательницей. Мне не хватило сил и смелости, чтобы выкрасть сына. Сейчас это уже невозможно. Тимур не знает, что я его мама. Не примет, не пойдет со мной.

Я мечтала, что когда-нибудь расскажу ему правду. Примет ли сын меня? Хотелось бы верить… С другой стороны, потерянные годы никогда не вернуть. Мой сын знает меня, может, это станет смягчающим обстоятельством, когда я расскажу ему правду. Тимур поймет, что я при первой же возможности появлялась там, где он отдыхал без отца.

— Луна, иди ложись. Я уберу со стола и тоже лягу спать.

Я не привыкла, чтобы мужчина выполнял «женские» обязанности по дому. Арсен от этого не стал выглядеть менее мужественно, наоборот, сейчас я посмотрела на него другими глазами. 

Он останется здесь…

Я поняла, что эта мысль меня не пугает, не отзывается тревогой в душе. Я его не боюсь, как ни странно. Первый мужчина, который так близко смог ко мне подойти.

— Спокойной ночи, — выходя из кухни. Только что я позволила ему жить со мной. Надеюсь, никогда об этом не пожалею.

Луна

Моя жизнь кардинально изменилась. Больше недели мы с Арсеном живем вместе, как добрые соседи. Удивительно, но я стала привыкать. Если первые дни я боялась спать и постоянно посматривала на ручку двери, опасаясь, что он решит вломиться в мою спальню, то последние два дня спокойно засыпала.

Просыпалась среди ночи, но боялась не того, что малознакомый мужчина спит в соседней спальне, а братьев, которые обязательно скоро появятся. Арсен ведет себя уверенно, будто может решить этот вопрос, но он просто не представляет, с кем собирается столкнуться. Я просила его связаться с детективом и попросить того сообщить моей родне, что меня нет в живых.

— Во-первых, ни один уважающий себя специалист на это не пойдет, потому что это преступление, во-вторых, нет гарантии, что твои братья не обратятся в другое агентство. Всех не подкупить, Луна. Эту проблему нужно обрубить на корню так, чтобы она никогда больше не давала всходов, — твердо ответил мне Кимаев. 

Порой меня так злила его самоуверенность. Вот откуда он знает, что сможет справиться с моими братьями? Конечно, у них нет стольких возможностей, как у Арсена, но они подлые, алчные, мстительные. Поговорить и мирно разойтись не получится. Не верю я, что они ищут меня с целью извиниться и наладить отношения.

**** ****

— Луна, иди завтракать, — постучал Кимаев в дверь ванной комнаты.

 Я уже успела принять душ и высушить волосы, но накраситься не получится, потому что мы опаздывали. Конечно, мой начальник не оштрафует меня и выговор не влепит, но нужно ведь совесть иметь. Мне и так неудобно, что он просыпается раньше, принимает душ, чтобы освободить мне ванную, и идет готовить завтрак. Ужин как-то негласно я взяла на себя. Арсен продолжал забивать холодильник изобилием продуктов. Хорошо, что у него был отменный аппетит, и они не успевали испортиться. Калории он ежедневно сжигал на тренировках, куда и мне приходилось ходить, потому что без присмотра меня не оставляли. Арсен всегда был рядом, собран и внимателен, когда мы выходили из здания. Я ни о чем не спрашивала, и так было понятно, что братьям уже известно, где меня искать.

— Луна, завтра мы с тобой едем в Москву, — ставит меня перед фактом Кимаев, отпивая горячий кофе из кружки.

Внутри все противится, но я молчу, жду, что он еще добавит. Как правило, Арсен объяснял свои волевые решения.

— Ты останешься у моих друзей, пока я решу кое-какие проблемы, — продолжает он.

— Кое-какие – это мои братья?

— Да. Я хочу вывести тебя из-под удара. Не вижу смысла подвергать тебя стрессу и допускать вашу встречу.

Я никак не могу привыкнуть и до конца поверить в его искреннюю заботу. Везде стараюсь найти подвох, но не вижу его в действиях Арсена.