– Куда пойдем? – спросила я.

– Какая разница, просто погуляем. Ты расскажешь мне о себе, хочу все о тебе знать, – улыбнувшись, ответил он.

На душе было тепло и так спокойно, это новое чувство к нему накрыло меня с головой. Мы пошли с ним на «скалу», место за гаражами квартирных домов, там, где начинался лес и был обрыв, который местные просто прозвали «скалой». Это было наше место с Рыжим, мы часто туда ходили, болтали, смотря на звезды, рассказывая друг другу тайны, теперь я иду с ним, чувствуя себя так, словно предала Рыжего, но старалась об этом не думать.

На «скале» было красиво, там был маленький уголок леса и природы, среди этих бетонных домов, которые заполонили весь город, он снял свою куртку, как рыцарь, постелил ее, и мы молча сели на нее.

Я посмотрела на него. Какой он был на самом деле? Для меня было тайной. Какой он настоящий, добрый или злой, что у него в мыслях, мне так хотелось его узнать, всего и полностью, проникнуть в каждую клеточку его тела. Мы лежали молча на его куртке, он гладил меня по волосам и целовал в макушку, и казалось, мы одни во всем мире и в целой вселенной.

О чем она думает, эта маленькая глупая девочка? Как ни старался от нее бежать, у него ничего не получилось, два месяца его жизни он старался о ней не думать. Когда она подошла к нему в тот день, такая смелая, маленькая, слабая, видно было, что стояли слезы в глазах, когда его увидела с ней и поцеловала его. Да, это, пожалуй, было неожиданно, но что она делает, черт возьми, ее губы были такими приятными и сладкими на вкус, и казалось, что этот поцелуй как воздух, дает ему надежду на что-то лучшее в его жизни, на что-то главное в этой жизни. Но я не такой, никто не может управлять мной. Ты уверен, спроси себя?

Два года жизни ты убил на эту стерву и, словно дурак, верил ей, а она изменила тебе с другим, и ты снова вставал на эти грабли, миллион раз, разбитое сердце снова и снова. Может, она тебе послана, чтобы спасти от идиотизма в твоей жизни, от череды непонятных девок на ночь, от которых потом хочется выть и думать, что ты делаешь, но ты встаешь в новый день – и понеслось все по новой, а она другая, с ней просто хочется лежать, целовать ее в макушку и ни о чем не думать.

Тебя же не хватит надолго, ты убежишь? И сделаешь ей больно? Она будет долго зализывать раны и никогда больше никого не полюбит, ты же не сможешь жить нормальной жизнью и будешь всем делать больно, как однажды сделали тебе. Я хочу попробовать, вдруг у нас все получится и я начну кому-то доверять, кого-то любить. Два месяца я боролся с собой, и вот она пришла к Рыжему – итог был один, казалось, кто-то решил все за нас, но я не могу никому доверять, особенно ей, той, которая меня тянет в омут.

– О чем ты думаешь? – спросила она.

– О тебе.

Она скромно улыбнулась, ямочки появились на ее лице, она такая красивая, мне нужно уходить, но смогу ли я?

Внезапно начался дождь, из тихих капель он превращался в ливень.

– Дождь, – сказала она, встала и начала кружиться под ним. Капли стекали по ее лицу, она только смеялась им, ветер разметал ее волосы, она, как пушинка в песчаной буре, кружилась и летала, и у него в груди росло большое и теплое чувство. Нет, нет, я не могу, я не попадусь больше на это.

– Побежали, – сказал он и взял ее за руку, и они бежали под дождем и смеялись.

Мы стоим у ее подъезда, капли дождя стекают у нее по лицу, она смотрит на меня своими зелеными кошачьими глазами, в которых хочется пропасть и утонуть. Ее свитер намок, и она очень сексуальна. Так хочется обнять и стоять под дождем, что я и делаю, поддаваясь чувствам, мы просто стоим и целуемся. Капли, которые становятся все больше, небо все громче, нас ничего не смущает, мы поглощены друг другом. Я не могу позволить себе этого и внезапно отпускаю ее, все очарование моментом исчезает.

Дождь, который сошел с ума, лупит нас своими каплями, рядом сверкает гроза, и я понимаю, что нужно уходить.

– Тебе пора, вся промокла, заболеешь.

– Пока, – ответила она и поцеловала в щеку, в груди резко защемило от этих чувств.

Она развернулась и побежала домой, вся вымокла до нитки, моя маленькая, но я не могу снова любить, я дал себе обещание и уже знал, что сейчас сделаю. Он шел под дождем, проклиная себя и все на свете, он хорошо знал дом, улицу и подъезд, куда он шел, он приходил сюда миллион раз и знал эту дорогу наизусть. У квартиры постоял минуту, но все же нажал на звонок.

Дверь открыли, его всегда там ждали, считали часы и минуты, когда он туда придет.

– Привет, ждала?

– В этом доме тебя всегда ждут, – ответила она, на пороге стояла боль его жизни, та, которую он не мог отпустить. Мазохизм в этих отношениях зашкаливал, они не могли быть вместе, потому что там нечему быть. Она изменяла ему, он изменял ей.

Но на сегодня мне забыться хватит, думал он и схватил ее в охапку. Это будет гнусный, тупой секс, но на это время я забуду про ту, которая может спасти. Это была его бесконечность, из которой он не знал выхода.