— С этим ясно, но как ты попадёшь на корабль?

— Разве не понятно. — Сняв ботинки, связал узлом шнурки закинув их на шею.

— В плавь! Да ты псих! Тебя же сожрут.

— Думаю грохот боя не хуже звуков бури распугивает водных обитателей. Так что не должны.

— Идиотский план!

— Предложи другой, получше. — Выждав несколько секунд и не услышав иных предложений, перекинул за спину оставшиеся три бурдюка.

Вода за день н плохо прогрелась и находится в ней оказалось необычайно приятно. Если бы только не посекундное ожидание нападения с глубины было бы совсем хорошо.

Ухватившись за покачивающееся весла подтянулся, пролезая в гребное окно. Внутри было довольно темно. Только несколько масляных лам горело у прохода к скамьям. Не удивительно, расставлять в каждом углу лампы на деревянном корабле было бы неразумно. Над головой слышался грохот десятков ног, перемежающийся отрывистыми командами. Проходя в тёмное нутро корабля, я двигался на ощупь, точно слепец.

Послышался скрип открывающегося люка. Вниз по лестнице сбежала четвёрка солдат с единственным факелом. Я вжался в боковую нишу по мне прошёлся отблеск огня, устремляясь дальше вниз. Судя по всему, в трюм.

Не став высовываться, дождался пока войны не поднимутся обратно. Благо долго ждать не пришлось. Натужно хрипя, четвёрка поднимала снизу два плоских длинных ящика с вязью на боку.

Идущий последним солдат оступился, чуть не отпустив свою ношу. Тот что держал факел зло зашипел на него с явной тенью страха на лице. В люк зло прокричали, и солдаты живо выбрались на палубу.

Кажется, я знаю, что в этих ящиках. В голове родился простой и гениальный план. Вот только на пути его реализации встала дверь трюма сразу с двумя массивными замками. Нет никакой возможности быстро их вскрыть. Значит есть только два пути. Придерживаться изначального плана и устроить пожар в надежде на то, что судно затонет достаточно быстро, успев забрать кушанов с собой. Корабль может я и затоплю, обычная деревянная лоханка как никак, пускай и большая, но все кушаны сейчас на палубе и вполне могут спастись, если быстро скинут броню. Возвращаться в город я не собираюсь, а до истока реки за горным хребтом ещё нужно добраться. Кто знает, когда это произойдёт. Мне нужна мощь системы уже сейчас, а для этого нужно выполнить грёбаное задание. Значит нечего тут и думать. Буду действовать по второму плану.

Касаясь руками крутых ступеней, приложился ухом к крышке люка. Звуки всё те же: топот, лязганье баллист, металлическое эхо скрещивающегося оружия на берегу и крики, много криков. Жёлтый свет полыхающего лагеря упал мне на глаза в приподнятый люк. Он находится на левой стороне палубы и все, кто на ней, в этот момент смотрят в противоположную сторону.

Откинув немилосердно заскрипевшую крышку, я ужом скользнул за стоящие недалеко бочки. Какофония боя не позволила кушанам услышать спасительный для них скрип. Тридцать на восемь метров. Размеры данного плавсредства сравнительно небольшие, так что найти взглядом искомое не составило труда.

Полдесятка распахнутых плоских ящиков, лежащих на палубе возле мачты. Три из них уже пусты, а из двух оставшихся после каждого третьего залпа аккуратно берут по едва светящемуся дротику, медленно укладывая его в жёлоб баллисты. В то время как обычные дротики десятками стоят в бочках непосредственно рядом с орудиями.

Омою пятку что-то мягко ударилось. Шлем. Подняв глаза на лестницу, ведущую к кормовой надстройки, я увидел на ней мёртвого кушана с дырой в шее. Лесной сумрак отлично скрывал Уду, но я всё равно видел его довольный оскал.

Медлить больше нельзя. Большая часть кушан занята плотным засаживанием берега стрелами из гастрофетов. Бой там перешёл из активной рубки в позиционную перестрелку. Шурды укрывшись за остатками строений и деревьями обстреливали поредевшие ряды кушанов, пытающихся соорудить плоты для переправы на корабль.

Похоже орудия выбили шаманов, а стрелки изрядно покосили наступающие силы. Шурдских тел на берегу раза в четыре больше чем кушанов. Хоть носатых уродцев я ненавижу, но им сейчас неслабо помогу в этом конфликте.

Затянув лямки бурдюков в узел, в двух местах короткими ударами проделал отверстия, из которых тугой струёй хлынула резко пахнущая жидкость. Связка уж очень неудобная. Не доброшу или зацеплюсь при броске — мало не покажется. Из положения сидя метать такое невозможно. Встав полный рост и раскручивая лямки, щедро заливая палубу и ящики со светящимися дротиками горючкой, я бросил. Зажигательная смесь щедро окатила стоящих кучей солдат, обстреливающих берег. Такое трудно было не заметить. В мою сторону обернулись.

Моируки сжимаются на фальшборте. Нужно только перекинуть ноги. А факел, сорванный с мачты уже касается палубы, моментально воспламеняя её. Уже поднял корпус, когда один из кушанов, точно сгустившись из воздуха, врезается мне в бок. Одна секунда. Офицер кричит, указывая на ящики. Локтем ломаю нос гаду, вцепившемуся в меня. Время сжимается в точку. Всё вокруг словно замирает.

…но взрыва нет. Проходит ещё секунда, сразу пятёрка воинов кидается к моей связке. Схватив её и залив друг друга горючкой, они стремятся избавится от неё, швырнув за борт.