— Пусть пройдут, присядут. Парни, киньте гостям какие-нибудь тюки для задницы, — указал я на места с противоположной стороны костра.

— Кхе-кхе… — раздалось сзади. Типа, недовольны, что на земле сидеть? А хрен вам, я ж сижу.

— Рикардо, нам разойтись? После соберёмся? — Это Вольдемар.

— Нет, не расходитесь. И мясо почти готово — Ингрид, принимай шампур — и сеньоры тут не надолго.

Их было пятеро. Прошли, плюхнулись на сумки с соломой, на которых у нас вообще-то сидело более половины воинства не исключая и комсостав — только Ингрид как даме принесли откуда-то выкопанный стул. Скривили напудренные носики — не по статусу, но сели. Пронзили меня взглядом. Лютый был среди них, но сидел в качестве «пристяжного» сбоку и молчал — видно втык за дневное общение получил.

— Ингрид, спроси у сеньоров, у них есть верительные грамоты? — начал я переговоры.

— Я — бургомистр Феррейроса, — произнёс тот, кто сел в центре, напротив меня. — Сеньор граф, разрешите представить своих спутников?

Когда надо могут же быть вежливыми! Я про себя довольно хмыкнул.

Бургомистр закончил с представлением, пронзил меня недоумённым взглядом. Граф лично сидит и жарит мясо, травя войску байки? Кабздец шаблон им порвал!

— Сеньор Пуэбло, мы хотим знать, что происходит, — подался вперёд он. — В чём причина нападения ваших войск на город, а это, несомненно, может трактоваться только как нападение. Кто будет отвечать за это и какова будет компенсация?

— Ингрид, что говорит этот сеньор? — Если бы утырок не сказал насчёт «компенсации», я бы ответил лично. Но высокомерие надо давить, иного выхода нет.

Сеньорита Аранда вновь «перевела» мне слова магистрата.

— Что ж, сообщи сеньорам следующее. Я являюсь одним из учредителей военной дороги, которая будет проходить через графство на юг для быстрой переброски человеческих войск против степняков. — Девчуля, без намёка на улыбку, понимает, что это не игра — игры кончились, слово в слово всё повторила. — И первым заданием остальных учредителей, включай его величество, было обезопасить дорогу от разбойников. Чем я и занимался последние три месяца, уничтожив три отряда татей, действовавших на севере графства и на сопредельной территории Бетиса. — Пауза для повтора им от лица её милости. — Но пока я ловил татей на севере, мне сообщили, что другие разбойники напали на лагерь, где будет размещено производство камней, и потребовали выкуп за нахождение на их территории. — Пауза для «перевода». — Учитывая, что мы строим не какую-то туфту, а военный объект, важность которого — безопасность трети королевства, я не стал церемониться и сразу послал войска окоротить татей.

— Каких таких татей! Мы были в своём праве! Это наша земля! — подскочил и топнул бургомистр. Я же сделал вид, что «не увидел» этого и размеренно продолжал говорить, и говорил на публику — войско должно точно знать, ради чего мы тут сражаемся и умираем. Вон, уже три холмика погибших здесь, и я уверен, что будут ещё потери. А значит, их надо идеологически обосновать. Обоснуй — наше всё, а информационная война куда важнее любой оружной.

— Когда купцы приезжают торговать куда-либо, — решил я привести абстрактный пример, — некто подходят и собирают дань «за безопасность». Это нормальная практика. Ибо купцы приехали получить прибыль и находятся на территории некой банды рыцарей, которые это место защищают. Получил прибыль сам — дай и другим заработать на хлеб с маслом. Но когда купцы честно заплатили, а к ним подходит ещё некто, и тоже требует «за безопасность» — вот это, сеньоры, уже неправильно. Это называется разбой. И рыцари, «держащие» это место должны изводить таких бандитос под корень!

— Мальчишка! Это наша земля! — не унимался сеньор. — Мы и есть рыцари этого места!

— Учредитель данной дороги — государство, — парировал я, не сдерживаясь, без «перевода». — В лице короля. А ещё точнее — БЕЗОПАСНОСТЬ государства! — повысил я голос — для слушающих воинов. — Государство нашло предприимчивых купцов, готовых строить виа на свои собственные деньги. Да просто потому, что в казне такой суммы нет! Сеньоры, это не купцы приехали торговать ради прибыли, это рыцари, истинные хозяева места их наняли для дела. Для собственного усиления! Но представьте себе, что к этим наёмным труженикам подходит некто гораздо более мелкий, и невероятно наглый, и вымогает собранное миром СЕБЕ. Вопрос ко всем, можно ли охарактеризовать их, как тати, то бишь бандиты?

Поднялся нестройный гул, раздались выкрики, поддерживающие мою точку зрения. Я врал, но совсем чуть-чуть. Ибо на самом деле государство заплатит, просто неофициально и неафишируемо. Зерновая афёра, средства от которой пойдёт на строительство, а ещё беглые, которых мы не будем возвращать — а бегут люди со всего королевства. Нет, в какой-то мере дорога — общегосударственный проект, и косвенно в него вложится куда больше людей, чем учредители.

— Это! Наша! Земля! — парировал человек, сидящий слева от бургомистра. Сеньоры не поняли. Жаль.

— Позвольте, сеньор! — парировала Ингрид, взяв ещё и роль адвоката. — У нас всё записано. Город Феррейрос подписал ряд с управлением виа на аренду части земли за городской стеной. Нормальный пергамент, заверенный магистратом. Нормальным магистратом. С нормальной адекватной ценой за аренду. Но сразу после подписания, вдруг, город почему-то передумал. Так не бывает, так не делается. А значит что? Значит город захватили бандиты-разбойники, верно? Ибо истинный город никогда бы не нарушил своё слово. А раз город захватили бандиты, то… Мы и осадили бандитов. — Она невозмутимо пожала плечами — логика из её уст била в десяточку — хрен возразишь. — А вот кто в вашем городе настоящий, а кто захватчик, — понизила она тональность до загадочной, — решайте сами, вы — бург, полис, это ваше внутреннее дело.

Тишина. По полочкам, блин! Аж я заслушался и зауважал. Надо её ночью наградить. Заслужила.

— Ингрид, проводи, пожалуйста, сеньоров до границы лагеря, — решил я поставить точку на этом ярком моменте — один фиг не договоримся, а акценты, наконец, расставлены. — Они не готовы к разговору. Они считают, что другие должны обеспечивать им безопасность, и при этом этих других ещё можно и ограбить. А мне и моим людям что-то не хочется на своём горбу везти их в рай. И совсем не горю желанием воевать за них, защищать их от степняков, зная, что они ударят в спину. У нашего войска война с разбойниками, официально разрешённая королём, более того, эта война — условие участия в проекте короля и соинвесторов! А значит у нас война с бургом под названием Феррейрос, до тех пор, пока в нём к власти не вернутся прежние адекватные люди. А с бандитами и невеждами вроде того сеньора, — кивок на Лютого, — мы не разговариваем.