— Ненамного, — заметил Волькер.

— Нет. — Она стиснула его плечо. — Но достаточно. Боги делают, что могут. Ни больше, ни меньше. — И Ниока отправилась помогать капитану Брондту, который неумело обматывал раненую голову каким-то лоскутом.

Пока Ниока перевязывала его, Брондт выложил все начистоту.

— Нам конец, — заявил он, чиркнув большим пальцем по своему горлу. — Канонерок не видать, помощи ждать неоткуда, разве что кто-нибудь отправится на поиски.

— Ты не можешь снова поднять корабль? — спросила Зана. — Как там двиргатели?

— Сломаны, — буркнул Брондт, дернув только что наложенную Ниокой повязку. — Не безнадежно, но вот сейчас мы застряли. — Развернувшись, он пнул покореженный эфирный двиргатель. — Застряли вверх тормашками среди листочков, кишащих проклятыми Грунгни пауками, и кто знает кем еще. — Он снова пнул двиргатель, осыпав его ругательствами.

— Сколько времени займет ремонт? — спросил Волькер.

— Много часов. Может, и дней. — Брондт покачал головой. — Если вообще что-то выйдет. — Он сплюнул.

Волькер выпрямился и, прищурившись, принялся разглядывать что-то поверх зеленого полога.

— Тогда мы вполне можем отправиться в дорогу.

— Куда? — фыркнула Зана. — Даже не знаем, где мы.

— Мы в Горче. — Волькер посмотрел на Лугаша. — Остается только найти в лесу дерево. Задачка вроде бы из простых.

Лугаш медленно кивнул, изучая безмолвную зелень.

— Тунвуртгац — Сердце Леса. Самое большое дерево в чаще. Если следовать по корням и ветвям, мы вскоре найдем его. — Он хмыкнул. — Хотя это может занять какое-то время. Несколько дней по меньшей мере.

Зана рассмеялась:

— Собираешься идти пешком? — Она взглянула на Адхему. — А ты не можешь вызвать каких-нибудь летучих мышей, чтобы они несли нас?

Адхема усмехнулась:

— Меня? Пожалуйста. Вас? Нет. — Она посмотрела вниз, во мрак. — Нам придется спуститься.

— Боюсь, она права, — кивнул Волькер.

— Значит, мы вот так возьмем и отправимся — на лесную прогулку? Я уже говорила, что ненавижу лес?

— Много раз.

Зана выражала недовольство этим с тех пор, как они покинули Шу’голь, хотя всегда делала это в несколько шутливой манере. Но сейчас она определенно не шутила.

— Что ж, повторю еще раз, чтобы наверняка. — Зана закинула на плечо бухту троса из корабельных запасов и тоже принялась изучать густую листву. У Роггена и Лугаша оказались такие же мотки, хотя рыцарь повесил свой на луку седла. — Долго нам придется шагать, если Лугаш прав.

— Я прав, — отрезал Лугаш, ткнув себя в лоб. — У меня все здесь, женщина. Я все складываю прямо сюда.

— Отрадно слышать. — Ниока безмятежно улыбнулась хмурому рокоборцу. — А если ты что забудешь, Заг’мар наверняка поможет.

— Будем надеяться, нам не придется его беспокоить. — Волькер подобрал еще одну бухту и посмотрел на Роггена. — Ты-то должен чувствовать себя тут как дома.

— Нет. — Рыцарь тоже разглядывал зелень. — Не все леса одинаковые. Этот… голодный. Но терпеливый. — Он надел шлем. — Надо быть осторожными. Нам тут не рады.

— А бывает, что леса радуются людям? — поинтересовалась Зана.

Рогген перевел взгляд на нее:

— Некоторые. Сейчас уже меньше. — Он наклонился, проверяя седло Грабельки. — Лес — он как животное. Надо дать ему привыкнуть к себе, прежде чем ступать на его тропы. Надо узнать его настроение, прежде чем разгуливать по нему без опаски.

— Безопасность — понятие относительное, — заметила Зана.

Рогген кивнул:

— Да. Если пойдем быстро, все должно быть хорошо. — Он похлопал Грабельку по боку. — Мне случалось путешествовать по паучьим логовищам вроде этого. Не трогайте паутину без крайней необходимости. Любая посторонняя дрожь привлечет сотни восьминогов. — Он взлетел в седло. — Мы пойдем первыми, будем прокладывать путь.

Волькер нахмурился.

— Уверен, что это разумно? Она довольно тяжелая.

Рогген улыбнулся.

— Она легка на ногу. И мы уже проделывали подобное много раз. — Он легонько пришпорил демигрифа пятками, и животное бесшумно спрыгнуло с палубы. Крупный зверь двигался с кошачьей ловкостью, перескакивая с ветки на ветку, пока не добрался до того, что казалось отсюда широченным наклонным мостом.

— Для его убийственной кошечки это небось вечерняя прогулка, — пробормотала Зана. Волькер, хмыкнув, перебросил ремень винтовки наискось через грудь и подцепил моток троса. Брондт, шагнув ближе, сунул Волькеру какое-то тяжелое, похожее на пистолет устройство. Оружейник, благодарно кивнув, убрал подарок в мешок.