– Рита! В дом! Живо! – Орёт на неё и толкает к воротам.

А она на негнущихся ногах бежит, оглядываясь и видя, как Захар с воплями оттаскивает друга от практически бессознательного Кости…

– Располагайся. – Впихивает её в квартиру и вырывает Маргариту из жутких воспоминаний. Сменяя лёгкий испуг на панику.

– Я пытаюсь, Варя. – Касаясь кончиком носа до её лба. Произносит так тихо. Едва дыша. – Я вырываю своё счастье, как могу... Пусть, порой жестоко. Я знаю. Но я не умею по-другому. – Горький чувствует, как ток проходится по кончикам его пальцев, когда он нежно проходится ими по Вариной спине. По её напряжённым мышцам. По бархатистой коже, проводя ими по лопаткам.

– Это неправильно. – Девушка незаметно подаётся назад. – Так нельзя, Антон. Ты идёшь по головам.

– Так научи меня, Варя. – Наполовину приказ – наполовину мольба. – Научи меня?

Брюнет склоняется над девушкой, проклиная свою нерабочую руку, что мешала, и одновременно не позволяла ему действовать полноценно. Снова надавливая на её позвонки, чтобы не отпускать от себя, чтобы притянуть ближе. Ловит губами её сбившееся дыхание. Раз, два, три. Она замерла, ожидая неизбежного нападения. Смирившись и сдерживая собственную жажду. Заткнув голос здравомыслия поглубже. Прислушиваясь к тугому комку, что медленно стекал от желудка всё ниже и ниже.

Одна секунда, Варины губы лишь слегка приоткрываются, чтобы глотнуть побольше воздуха. И этого хватило. Этого крошечного движения её нижней челюсти хватило Антону, чтобы сорваться в пучину, что пожирала его изнутри. Перемалывала.

Рывок, и жёсткие горячие губы обрушились на девичий рот. Ближе, глубже, неистово. Кусая и тут же зализывая. Впиваясь и отпуская, чтобы через мгновение снова прильнуть...

– Как в универе? – Захар растянулся на полу, рассматривая чудотковатый потолок в комнате Кирилла.

– Получение степени доктора – дело нелёгкое, брат. – Кирилл располагается рядом и подаёт другу банку газировки.

– Сколько тебе ещё?

– Год.

Авдеев перехватывает воду и внимательно рассматривает профиль друга. После тяжёлого дня даже пива почему-то не хотелось. А вот поговорить – очень. Язык чесался весь уже который час.

– Я не спал сегодня. – Выпаливает и ловит удивлённый взгляд Кира. – Ну, когда ты заезжал. К Нине.

– Ты жук, Харыч. – Брюнет натянуто улыбается и забирает у того банку Колы. – Мог бы и со мной сходить.

– Не хотел мешать. – Усаживается поудобнее. – Ты как? Хочешь поговорить? – Блять. Захар чувствует себя отвратительно. Словно в дерьмовом сопливом кино, что так любит смотреть его сестрица.

– Я смотрю, это ты хочешь поговорить?

– Кир. Ты не виноват. – Авдеев толкает друга плечом.
– Почему ты до сих пор винишь себя?

– Харыч. Мы это уже обсуждали. – Парень злится и скрипит зубами.

– Но ты грузишься! Год прошёл, брат! Уже целый год. Тебе нужно уже прийти в себя!

– Я пришёл! – Повышает голос брюнет и поднимается на ноги, уходя на большой балкон в форме полукруга.

Авдеев лишь тяжело вздыхает и чертыхается. Идёт следом, прихватывая пачку сигарет.

Блять. Обещал же Арине бросить…

Кирилл молча принимает прикуренную сигарету из рук Захара и делает глубокую затяжку. Лёгкие горят, но парень лишь слегка морщится и выпускает густой дым, который окутывает его и без того затуманенную голову.

И правда. Прошло чуть больше года. Смотрел сегодня в её ярко голубые глаза. Улыбалась ему. Так искренне. Светлые волосы в беспорядке разбросаны по плечам.

– Как ты там? – В никуда. Ледяной гранит отвечает кладбищенской тишиной, морозя кожу даже при такой тёплой летней погоде. – Я скучаю, Нин. А ты?

Темпераментная девчонка со звонким смехом привлекла его внимание сразу, как только он увидел её в толпе подружек. Она тогда смеялась. Хохотала, так заразительно, что парень улыбнулся сам, не сдержавшись. Почти два месяца обхаживаний, наконец-таки дали свои плоды. Чудесное совпадение, столкнувшее двух русскоязычных студентов в заграничном институте. Головокружительный роман, который сводил парня с ума, заставлял его сердце подпрыгивать каждый раз, когда она была рядом.

Влюблённость, страсть, волнение, трепет, окрылённость.

Но потом всё летит к чертям. Полный крах. Словно обухом по голове, когда приехав в столицу на каникулы получает на телефон несколько фотографий его Нины с каким-то чуваком, который прижимает к себе его девочку, нагло лапая её за задницу. За его задницу. Его Нину. А она улыбается, обхватив крепкую мужскую шею своими ладонями. Заглядывает в глаза и запрокидывает голову от смеха.

Пелена перед глазами застилает всякий разум, когда парень сел в автомобиль и выжал педаль газа, направляясь к ней. А потом всё, как в тумане. Смутно, смазано.