Он едет, а ему всё продолжают присылать фотографии. Одну за другой. Ебаный доброжелатель…

Она в сквере возле родительского дома? Он же самолично пару часов назад отвёз её в торговый центр?!

Парень психует и выбрасывает трубу в окно автомобиля.

Приехал. Ничего не увидел. Никого. Быстрыми шагами обошёл небольшой сквер и свернул в сторону её дома.

Звонок в дверь и она распахивается. Нина. Щёки румяные. Губы припухшие.

– Кирилл? – Удивляется и невинно хлопает голубыми глазами. – Ты же поехал к себе?

– Давай прогуляемся? – Проходится по хрупкой фигуре глазами и понимает, что она в той же одежде, что и на фотографиях. Сука…

А дальше скандал на парковке возле дома. Крики, отстаивание своей правоты. Она толкает его в крепкую грудь что есть сил, и воспользовавшись его замешательством, снимает с сигнализации свой миниатюрный Купер и прячется внутри.

Игра в кошки-мышки выводит их на трассу, что медленно погружалась в вечерние сумерки. Уезжает от него, прячась, выруливает на узкую дорогу, сплошь окруженную высоченными соснами. Петляющая дорога вводит его в состояние паники, хочет остановится, закончить этот долбаный цирк, и парень сбавляет скорость. Отстаёт, позволяя ей скрыться в сосняке. Отпустить. Сплюнул в открытое окно и замер, словив ушами морозящий грохот. Визг тормозов и звук покорёженного метала.

– Нина!!!!!!

Срывается с места, выкручивая руль и орёт, сам себя уже не слыша. Сто метров. Сука. Буквально сто метров за поворотом, и парень видит перевернувшийся автомобиль, что занесло и сбросило в кювет.

Не помня себя от ужаса, брюнет выскочил из салона и бросился к ней. Спотыкаясь и скатываясь кубарем. Путаясь в своих слабых ногах. Видит её без сознания. Разбросанная по салону, словно тряпичная кукла. Не пристегнулась.

Подползает к автомобилю и дёргает дверь. Но та не поддаётся. Кирилл рычит и дёргает снова. Ещё раз. Но все попытки тщетны. Плюёт на всё и ногами выбивает лобовое стекло.

Тащит её безвольное тело. Рычит и снова тащит. Чувствует, как крупный осколок распарывает ему руку, от кисти и до самого локтя.

Но боли не было. Боль за эту девчонку разрывала его душу на рваные клочки. Вспоминает, что выкинул телефон в окно и снова кричит что-то.

Затащил в свой автомобиль. Гнал так, что дорога перед глазами размывалась из-за скорости и слёз, что затапливали его глаза.

Не успел…

Сладкая. Она такая сладкая, что у Антона, мать его, отворачивает крышку окончательно. Варя выгибается в его руках и тихо скулит, а ему лишь от этого звука хочется кончить. Опускает губы на её шею и проводит по ней языком, спускаясь к плечу, словно слизывая мёд.

– Антон. – Шепчет девушка, хватаясь за его взлохмаченные волосы.

– Говори. – Его дыхание сбивается. – Говори сейчас. Потом будет поздно.

А она вместо слов, подставляет ему шею, разворачивая её в другую сторону. Закрывает глаза и тонет. Правильно ли это?

Горький рычит и впивается в тонкую кожу, в то место, где отчаянно бьётся жилка. Осознание того, что это ему не снится, приводит его в экстаз. Она здесь, и она тает в его руках. Такая мягкая, такая нежная, такая женственная. Такая его.

Подхватывает одной рукой под ягодицы и тянет на себя, усаживая на свои бёдра. Наблюдает лёгкое замешательство на её лице, когда девушка садится прямо на его возбуждённый член. Варя хочет приподняться, но Горький давит и снова сажает на ноющее место.

Белоснежная махра задирается, и парень видит полоску чёрных трусов. Это не может быть правдой… Варвара в одном лишь полотенце и трусиках, прижимается к нему и плавится. Подаётся навстречу.

– Ты реальная? – Вырывается из него, само собой. – Я не верю…

Придерживает девушку загипсованной рукой, а другой тянет полотенце вниз, обнажая желанные полушария и задыхаясь, когда тёмные горошины предстают его взору. Варя замешкалась и подняла руки в попытке натянуть ткань обратно.

– Антон. – Снова произносит его имя, выстреливая Горькому прямо в сердце. – Я не…

– Просто останови меня, Варя. – Почти слетая с катушек и убирая её руки с груди. – Я не смогу сам. – Припадает к сочному соску губами и протяжно мычит, сминая грудь здоровой рукой.

– Мне страшно. – Сквозь шум в ушах слышит её шепот. – Я боюсь, Антон.

Брюнет вскидывает голову, и смотрит на девушку в упор. Приковывает взглядом к месту. Замораживает.

– Я не хочу причинять тебе боль. Варя. – Сглатывает скопившуюся слюну и проводит языком по своим губам, которые в миг стали сухими. Жарко. Словно попал в самое жерло вулкана. – Я хочу, чтобы ты поверила мне. Откинь всё. Дай мне доказать тебе. Со мной может быть хорошо. Я хочу, чтобы тебе было хорошо.

Видит её мечущийся взгляд. Нерешительный. Сомневающийся. Её тоненькие пальчики сжимают края полотенца. Кажется, что девчонка сейчас заплачет. Нееет. Нет, нет, нет. Варя, только не это!