– А что если я захочу уйти?

Антония выглядит удивленной.

– О чем ты?

– У меня и правда есть сомнения. Я не подумала… О том, кого мне предстоит играть. Невесту… то есть… Кейсер будет касаться меня?

– Да. Обнимать и целовать, но не более. Не бойся, он никогда не позволит себе большего.

Большего? Да мне и это перебор!

– Я хочу сказать, что если я откажусь? Если поняла что не по мне все это, провалю… ведь еще не поздно?

Антония садится рядом.

– Милая, что с тобой? Откуда эта паника? Неужели тебя так пугают поцелуи?

– Я не знаю, я просто… Ты не ответила на мой вопрос. Так что если я уйду?

– Но ты не хочешь уходить. – Антония смотрит на меня понимающе, с материнской улыбкой.

Это приводит меня в ярость! Она мне не мать.

– А может, хочу! Что вы тогда сделаете? Снова в карцер как преступницу бросите? Или казните?

Антония не отвечает, но выглядит по-настоящему обеспокоенной.

Наконец она качает головой:

– Если тебе нужно мое мнение – ты должна собраться. Тебе пойдет на пользу эта миссия. Надо справиться со своими эмоциями. Это все ерунда. Подумай о том, скольких убил тот, за кем вы охотитесь. И скольких убьет если не остановите его. Это самое важное. Остальное – ерунда. Ты и Кейсер… когда-нибудь будете вспоминать все это со смехом.

– Это точно вряд ли.

– Не злись, – улыбается Антония. – Но это так мило, что ты боишься поцелуев. Может до них и не дойдет. Может он сам не захочет тебя целовать.

Это было уже слишком. Ко всему прочему, она еще и насмехается надо мной!

Поневоле перед глазами картина нашего поцелуя. Как вживую, даже в горле пересыхает. Никогда не чувствовала ничего подобного, я словно окутана теплом, пробирающимся под кожу, к самому сердцу.

Кожа к коже. Мне неведомо что это такое. И меня достало, что Антония смотрит на мои страхи как на бредни маленькой глупой девочки, которая сохнет по мальчику.

– Ладно, проехали. Не хочу больше это обсуждать. Я иду спать.

– Вот и умница. Узнаю свою смелую девочку.

Разворачиваюсь, устремляясь прочь из комнаты, даже не попрощавшись с Антонией.

Ее сочувствие впервые не помогает, а наоборот, ранит.

Залетаю к себе, переполненная волнением вперемешку с яростью, хотя непонятно на кого злюсь. Том лежит на кровати Блисс, повернувшись лицом к стене.

– Тебе не скучно все время торчать тут? – спрашиваю раздраженно.

Том вздрагивает и подскакивает на кровати, а потом снова садится на край. Я пристраиваюсь рядом. Он берет меня за руку, видимо желая поддержать.

– Привет, ты чего такая взвинченная. Проблемы?

– Вылет уже завтра.

– Да ты что? Бросаешь, значит, школу.

Вздыхаю, изображая безразличие.

– Ты так говоришь, будто у меня есть выбор. Это приказ, между прочим.

– Да ладно, тебе самой хочется вырваться отсюда.

– А тебе разве нет?

Он удивленно смотрит на меня.

– Ты не должен хоронить себя! – вырывается внезапно.

Том отбрасывает одеяло и встает.

– Пожалуй, ты права. Пошли на тренировку?

Сажусь на его кровать.

– Мне правда жаль, что не могу взять тебя. Я спрашивала у Антонии…

– Спроси у главного.

– Мы с ним не лучшие друзья…

– Но будете изображать пару.

– Да, но у меня пока не очень получается.

– Что именно не получается? Может я смогу помочь?

Поворачиваю лицо к Тому, чтобы спросить, что он имеет в виду, и тут внезапно его холодные губы касаются моих. Я отшатываюсь.

– Что ты делаешь? С ума сошел?

Странные ощущения. Отвращения вроде бы нет, но в то же время ужасно неприятно его прикосновение.

– Больше никогда так не делай! Я не предам подругу даже после ее смерти!

– Это всего лишь громкие слова, Алекс. На деле мы два одиночки. И я бы хотел, чтобы ты стала моей парой. Ты всегда говорила, что выберешь сама. Что у тебя нет истинного, ты в этом уверена.

– Я просто не верю в истинных. Вы с Блисс очень любили друг друга, но истинными не были. Не предавай память моей любимой подруги, Том! То что ты сделал… очень некрасиво.

Подхожу к умывальнику и подставляю неприятно покалывающее лицо под холодную воду. Вытираю лицо. Том снова рядом, накрывает мою ладонь своей.

– У тебя ледяные руки…

– Это от воды. Хватит. Иди на тренировку! Я скоро приду…

Мне необходимо побыть одной. Вдруг вспоминаются времена, когда мы везде ходили втроем, беззаботные и счастливые. Плечи поникли под тяжестью щемящих воспоминаний.

Как бы хотелось вернуть то время, когда моя жизнь была гораздо проще.

Залезаю под кровать, достаю две гантели, которые когда-то стащила с тренировки. Мне необходимо сейчас сбросить напряжение, и физическая нагрузка поможет. Занимаюсь около часа, потом сбавляю темп. Но все равно продолжаю, пока, спустя пару часов, не падаю обессиленная на свою кровать. Засыпаю почти мгновенно, а на следующее утро в памяти проносятся обрывки глубокого сна, в котором меня зовёт знакомый женский голос.