Вот что значит опасные насекомые, о которых мне говорила Люнь. А то, когда я в той части леса шел, думал, где здесь эти опасные страшные насекомые, которые откладывают личинки? Вроде просто комары и прочая мишура, больше, чем обычно, но не более.

А теперь я боюсь уснуть, не закутавшись во все, что у меня есть. И ко мне обязательно пытается забиться Цурико. Ее как в задницу один раз ужалили, так она вообще глаз сомкнуть не может, пока жопкой к чему-нибудь не упрется, чтобы защитить филейную часть. У меня от такого встает каждый раз.

Но я бы не сказал, что только это меня беспокоило. Да, когда тебя кусают и пытаются отложить внутрь личинку, не очень приятно, но не критично. Как и пауки, скорпионы и прочая мерзость на нескольких лапках. Хуже, когда ты не понимаешь, с чем имеешь дело.

Пойми мы это раньше, и никто бы не пострадал. Иногда надо просто уметь вовремя остановиться.

— Что скажете? — негромко спросила Мисуко, разглядывая этот шедевр.

— Не хватает еще двух, — ответила тихо Кусиму, присев над тушкой медвежонка.

Вернее, над тем, что от него осталось.

А осталось от медвежонка немного: полуобглоданная оторванная голова без глаз, части тел, типа лапы, куска позвоночника и хвоста, и еще немного внутренностей. И все смотрели на это как-то спокойно.

Блин, жаль мохнатого, но как бы мне потом жалеть других не пришлось. Взгляд сам собой метнулся на мгновение на остальных в группе.

— Значит, оно обитает здесь, — негромко сказала Мисуко, глядя на лес дальше. — Или они. Что скажешь о наших друзьях?

— Сложно сказать, что это было, но по следам, как… как насекомое или какое-то неизвестное мне животное, — разведчица потрогала след. — Где-то сутки назад это произошло. Видимо… мать бросила его.

— То ли не смогла защитить и оставила уже труп, то ли не стала защищать вовсе… — негромко протянула одна из девчонок. — Иногда они бросают одного детеныша, чтобы спасти другого, если победу не одержать.

Я думаю, мне с Люнь пришла одна и та же мысль, и мы оба прислушались как к себе, так и к окружению, но вывод, который напрашивался, был один.

— Это не проклятый лес и не то зло, которое мы встретили у лимирий, — сказала она.

Не собрат Хоудай, иначе говоря (я чет не в курсе, склоняется его имя или нет). Значит, что-то другое? Значит, это можно убить! Ну слава богу, хоть так пусть. Но да, лес перед нами вроде тот же, а выглядит зловеще, в первую очередь из-за разорванного животного.

И все же я сделал попытку, чтобы потом напоминать всем: «а я говорил вам!».

— Может стоит вернуться?

— Не ты ли говорил, что нам стоит посмотреть, кто там? — усмехнулась Фуньси, одна из разведчиц.

— Я говорил про разведку. Мы разведали. Нас ничего не обязывает идти туда. Мне, конечно, тоже интересно, но…

— Трусишка… — ласково произнесла она, погладив меня по голове. — Не беспокойся, мы тебя защитим.

— И на руках вынесем, — усмехнулась слегка надменно Цурико, явно почувствовав, что наконец-то она может показать свою удаль. — Лично вынесу тебя на руках.

Девушки улыбнулись. Нет, они не смеялись надо мной, выглядели дружелюбно и скорее подтрунивали по-доброму надо мной, над тем, что я показал слабую сторону, хотя до этого выглядел в их глазах едва ли не всесильным, наверное.

— Вы не понимаете, — покачал я головой, вздохнув. — Я совсем не о себе беспокоюсь…

— Мы польщены, — даже Мисуко улыбнулась. — Ладно, все в строй, Кусиму, в начало, Юнксу, второй, Цурико — замыкаешь, разлучу я вас, ненаглядных, на время, чтобы не отвлекались.

И все же надо было тверже стоять на своем…

Обычный лес — первая характеристика, которую я мог ему дать. Если откинуть в сторону то, что мы увидели ранее, все остальное было точно таким же, как и до этого — от комаров до всякой дряни ползущей.

Иначе говоря, такую атмосферу создал сразу труп животного, который мы увидели.

Сейчас наша команда двигалась по медвежьим следам, ища еще двух членов медвежьего семейства, которые, судя по всему, убежали глубже в лес, спасаясь от какого-то непонятного хищника.

— Дай судьба, и сколопендру не встретим, — вздохнула Люнь, летая вокруг, словно радар.

Спасибо, Люнь, твои слова меня успокоили.

— Кусиму, следы? — позвала негромко Мисуко.

Та отрицательно покачала головой.