— Идемте, — позвала нас Фуньси. — Попробуем найти место, куда ее могли забрать, а там по обстоятельствам.

Она обняла меня, как делала это Цурико, и мы втроем взмыли в небо.

— Куда нам? — спросила Руцина.

Отсюда лес везде выглядел одинаково. Куда ни глянь, повсюду пушистые зеленые кроны, иногда нарушаемые горами и скалами.

— Прямо, туда, куда мы направлялись, — ответил уже я и показал пальцем на лес. — Вон там примерно мы нашли тотем. Они скорее всего этим тотемом показывают свою территорию, а значит, надо залететь дальше.

Мы летели несколько минут, после чего спустились на ветви деревьев и прислушались.

Тихо.

Насколько было правильно сюда соваться? Не знаю, но я поступал так, как чувствую, и не собирался идти против собственной совести.

— Видите кого-нибудь? — негромко спросил я, оглядываясь.

— Нет.

— Никого.

— Люнь?

— Кто? — не поняла Руцина, оглядываясь. — Я?

Но я смотрел не на нее.

— Я никого не вижу, — покачала призрачная подружка головой. — Если хотите найти хоть какие-то следы, вам, наверное, надо все же спуститься. Вряд ли вы сможете перебираться по ветвям деревьев. Имей ввиду, я не Зу-Зу, у меня нет такого чутья, как у… СЗАДИ!!!

Ее визг ударил по ушам и заставил меня среагировать еще быстрее, чем я вообще понял, что Люнь там провизжала. Развернувшись на одной пятке, я едва не свалился с ветки, но меч вытащил без промедления. И едва кончик меча покинул ножны, с него тут же сорвался горизонтальный удар, который срезал часть ветвей…

А заодно и тварь, которая пряталась за нашими спинами на соседнем стволе. Каким-то чудом удар пришелся ровно посередине, располовинив ее, но первые несколько секунд я вообще ничего не видел, пока неожиданно она не начала проявляться на фоне коры ствола. А после упала двумя кусками на землю.

Лес вокруг зашумел, будто налетел ветер, но теперь я не был уверен, что это именно так.

— На землю! — рявкнул я, и Фуньси, подхватив меня, тут же спрыгнула вниз, притормозив лишь у самой земли.

— Люнь?

— Вроде чисто.

Мне не нравится слово вроде, слишком много неопределенности. Но тем не менее я действительно никого вокруг не видел, как ни приглядывался.

Несколькими прыжками оказавшись около трупа, я пинком перевернул тело.

Половинку тела, вернее.

На первый взгляд это был какой-то абориген в маске — по крайней мере такое впечатление у меня сложилось от верхней части грязного туловища, непонятного наряда из листьев и шкуры и маски из перьев и костей на лице. Ногой сдернул маску с головы… и даже немного шуганулся.

То, что было лицом… человека, если это человек, почему-то таковое не напоминало. Скорее маска из воска, которая под высокой температурой начала стекать вниз, а потом застыла. Черные глаза, торчащие кривые зубы, как у деревенского дурачка. Я даже пнул его в лицо, но нет, это была кожа, а не жуткий грим.

Жесть… а я про себя еще думал, что уродом родился. А здесь природа чувака вообще не пожалела.

Но только слегка приглядевшись, я понял, что абориген в принципе чуть-чуть отличался от человека. Ну как чуть-чуть, он напоминал слепленное из пластилина тело, которому кое-как придали человеческие формы: странные пропорции, неправильные расположения мышц, разная длина конечностей…

— Это точно человек? — пробормотал Люнь.

— Не знаю, но похож на жертву долгих инцестов, — поморщился я.

Обе охотницы уже стояли за моей спиной, оглядываясь по сторонам.

— Что это? — поморщилась Руцина.

— Что-то похожее на человека, — ответил я, присев около трупа.

— Это… это они похитили Цурико?

— Ну тотем наверняка они сделали, а насчет остального не уверен. Нам нужно сваливать.

— Что? А как же…

— Надо уходить сейчас, нас спалили. Не выберемся сейчас, не выберемся вообще! — скомандовал я.

За нами следили. Уже следили, и наша попытка подкрасться незаметно даже после быстрого перелета на другое место не дала толку. Это получается… нас засекли у тотема, если не раньше, и проследили аж до этого места?

Вот жесть.

Но еще большая жесть началась, когда труп неожиданно начал таять. Тело, словно реальная восковая фигура, начало плавиться и обтекать, поднимая над собой белый тошнотворный гнилостный дымок.

— Твою мать… — просипел я, отшатнувшись и зажав нос пальцами. На моих глазах вся кожа трупа, а следом и мышцы, и кости просто растаяли, оставив на земле субстанцию, напоминающую гной. — Все, уходим!

Просить сто раз не пришлось, Фуньси обхватила меня, и мы тут же взмыли в небо. Взмыли и помчались обратно, следом за остальными. Я чувствовал, что если не уйдем сейчас, не уйдем вообще, и как бы мне ни было жаль Цурико…